Истории Птеродактиля

Биография четвёртая - полная. Солдат. Глава 9

Pterodactyl — Wed, 26 Oct 2022 15:20:05 GMT

9. Новая реальность

9 глава. 1 часть.

Тёмный мир, в котором нет ничего. Всегда. Где нет солнечного света, и даже призрачный блик не пробивается сквозь пустоту. Это не ночь, и рассвет никогда не наступит. Ты не сможешь открыть глаза, увидеть в них другие. Помнишь ли свет или не знал никогда? Что, если всё до этого было лишь иллюзией? Есть звуки, запахи, есть мир вокруг тебя, но какой он? Ты придумаешь его сам. Заменишь, что забыл. Почувствуешь этот мир, почувствуешь всё, что окружает тебя, окутывает, как мягким пледом. Это мир прикосновений и шорохов. Абсолютно тёмный мир, но он не твой. Чужой, более громкий, внезапный. Может, это временно?

***

Рубеж, по просьбе Важного, всё же проводил Олдера на улицу. Парень ступал осторожно, чувствуя на себе взгляды всех присутствовавших в лазарете. Даже тех, кто без сознания. Немощный, беспомощный и страшно одинокий. Наверное, именно так ощущал себя Чушь. А теперь и Рика.

Споткнулся о порог, задел скамью ногой, плечом не вписался в косяк двери. Неуклюже, глупо.

На свежем воздухе стало заметно легче дышать, но и тут слышались отдалённые стоны и голоса. Бой кончился давно, как оказалось, но ещё не всех раненых успели донести. А кого-то уже и не успеют.

Олдер направил свой взгляд, откуда чувствовал тепло, но никак не мог понять – правильно ли он стоит. Всё искал свет и даже не щурился. Ничего, совсем ничего. Сел прямо на землю. Сопровождавший решил, что ему стало плохо и придержал, но в итоге сел рядом.

Парень закрыл лицо руками и тихо заплакал. Спасение казалось таким близким, таким настоящим. Но ошибочным. Стало очень жалко себя, невыносимо плохо, больно где-то внутри. Почувствовал на плече обнимающую руку, но никак не отреагировал. Это было не важно. Всё было не важно.

- Ап убит, - раздалось где-то над ухом. И новая порция объятий, каких-то дрожащих. Пахнет потом и землёй, а ещё кровью и чем-то поверх. Сладковатым.

Что? Ап? Боже, что же тут творилось, пока он там лежал? Как? Это Бертар сказал? Почему же голос такой незнакомый? Другой… чужой…

Растолкал, освободился от всех этих прикосновений, вышло грубо. Вытер лицо рукавом. Но снова расплакался, опять вернулись объятья. Будто сковали, оцепили. Голова всё же заболела. От напряжения, мыслей, всего.

Как хочется вновь отключиться. Провалиться в неизвестность. Уйти от всего. А не выходит, никак не выходит. И оно всё давит и давит. Ощущение, что прошла целая вечность. И пройдёт как минимум столько же, прежде чем отпустит, отдалится. Сотрётся в памяти до еле видимых полос. Нет… слышимых… звуков.

- Я ничего не вижу, - свой голос тоже кажется чужим.

Бертар ослабляет хватку, отдаляется, шмыгает носом. Рубеж всё ещё сидит рядом, но молчит, наверное, осматривает отсюда видимое поле боя.

- Почему?

- Не знаю, - глаза всё равно пытаются найти лицо друга, - ничего не знаю.

Больше нет других слов, встают с земли. Где-то вдали слышны крики командира. Судя по всему, кого-то уронили, когда несли. Да, бой был тяжёлый. Но каковы итоги?

- Пойдём к Важному, - Олдер разворачивается, прикидывая, где вход в штаб.

На этот раз почти угадал. Возвращаться обратно как-то спокойнее, ведь больше не к чему стремиться.

9 глава. 2 часть.

- Должно быть, не он один, - спустя долгую паузу отвечает Важный на новость об Апе.

- Я не знаю, как много, - Бертар сидит на его койке, напротив Олдера, - но точно не меньше двух десятков, а то и все три, - голос дрожащий, высокий.

- Интересно, изменил бы что-то из этого Косточка? Допустил бы? – Чушь явно что-то пишет в блокнот. Нашёл время.

- Они напали резко, не думаю, что кого-то бы спас.

- Агар не поднимал тревоги? – обеспокоено интересуется Олдер.

- Нет, сами проснулись от криков.

- Где он тогда?

- Лежит в самом начале там, спит.

- Значит, и он проснётся ослепшим, - будто сообщая очевидную вещь, говорит Важный.

- Ещё и Лахар со своими сбежал, - сейчас это кажется такой мелочью, - так почему ты, - Бертар пытается подобрать нужные слова, - ничего не видишь?

- Я не знаю, - всё тот же ответ, - свет видел, после него уснул. Проснулся уже таким.

К ребятам кто-то заглянул:

- Тут ещё есть, - голос незнакомый, - целый? - видимо, обращается к Бертару, - пойдёмте, поможете.

- Он не видит, - вставая, произносит парень.

- Тогда хотя бы место пусть не занимает. Посидеть и на лавке можно. Несите койку туда!

Олдер разместился у ног Важного. Рядом зашаркали, забрали кровать. Все ушли, остались только двое ребят.

- Знал бы ты, как выглядит Бертар, - Чушь водил руками по одеялу, - страшно.

- Мне и голоса хватило, - помедлив, добавил, - и новостей.

***

- Его надо в госпиталь, - на повышенном тоне говорил Орий, - и его. Всех, кого я назвал!

- Тут останется всего двадцать человек! – так же громко отвечал Врелинан, - если они вернутся, то…

- А толку тогда? – перебил, - трое точно загнутся до утра, если сейчас же их не отправить.

Да, время заката давно прошло. Интересно, кто сейчас в дозоре?

- Значит, сделай так, чтобы протянули дольше! – слышны удаляющиеся шаги, - телеги будут только с рассветом!

- Ах, дольше протянуть, - ехидный тон, - а ну ка, помогите мне этих перенести в кабинет нашего целителя! Чтобы наверняка дожили!

- Поедешь с ними, - Врелинан быстро вернулся, - и чтобы я тебя больше тут никогда не видел!

- Наконец-то мы поняли друг друга! – снова хлопнула операционная.

- М-да, - затягивает Важный, - весело.

- Он и меня имел в виду, когда говорил за госпиталь? – спрашивает Олдер, так же развалившись поперёк койки друга.

- Похоже на то.

- И Агара, наверное. Не слышал, чтобы он пришёл в себя.

- И ещё тех, кто действительно ранен, - добавляет Важный, - из нас Бертар один остаётся…

- Вспоминая, как он себя вёл после твоего ранения, - парень немного разозлился, - не думаю, что заметит разницу.

- А вот мне кажется, что сегодняшний день что-то изменил.

- Наверное, спит уже, - Олдер приподнялся, сел, - и даже не заглянул! Вот скажи, когда ты…

- Хватит! – перебил Важный, - он с Апом тоже ко мне тогда заходили. Просто в другое время от тебя. Перестань считать его злым!

- Я не это хотел сказать, - лёг обратно, - просто… страшно. Вот так расставаться. А что, если он видел? Как Апа…

- Наверное, он не только это там видел. А нам не дано.

- Значит, это хорошо?

- Не знаю. Тут сложно понять, что хорошо, а что – не очень.

В груди что-то щёлкнуло. Вспомнил за отца. Так резко и внезапно. Нахлынуло, поглотило. Косточка обещал узнать, где тот служит. Может даже помочь встретиться. Но не успел. Да и Олдер теперь едва ли осмелится попросить кого-то по новой. Стыдно показываться таким… бесполезным.

Отвернулся от Важного, скривился в попытке заплакать. А тот будто понял, не стал вмешиваться. Притих.

Кто-то пробежал от входной двери к операционной. Послышались разговоры, но слов не разобрать. Вышли:

- Помогите собрать им вещи, - быстро произносит Орий, удаляясь, - тяжёлых – в одну и сразу пусть едут. Я с остальными следом.

- Мне кажется, что самое время прощаться, - Важный старается придвинуться к лежащему, - если они действительно тебе не помогут, то едва ли вернёшься сюда.

- Да и тебя вот-вот забрать могут, - Олдер встаёт, обнимает друга в ответ, - не забудь за мою просьбу, пожалуйста.

- Это будет первым, что я сделаю по прибытию, - какой-то неуместный смех, - но очень буду ждать новой встречи. Она должна состояться.

- После войны – обязательно! – улыбка в ответ.

- Нет, - голос серьёзный, - намного, намного быстрее.

Ощущение, будто тьма отступила. Что если он сейчас откроет сомкнутые веки, то увидит всё как раньше. И ему не придётся прощаться раньше времени. Но чуда не случилось. Впереди бесконечность.

9 глава. 3 часть.

- Они в нескольких местах прорвали, - сообщает возничий сидящему рядом врачу, - это вам ещё повезло отбиться. Сейчас на дороге совсем не безопасно.

- Ну, так гони быстрее, можно подумать, что кто-то из присутствующих сможет дать отпор! – отвечает тот.

Олдер изо всех сил пытался представить, скорее вспомнить, что едет в знакомой компании – за вожжами Важный, рядом – Ап, а напротив – Бертар. Или нет. За вожжами пусть будет Валий, а Важный тоже сидеть с ними. При ногах. Как в первую ночь. И ведь сейчас тоже она. Интересно, лунная ли? Или звёздная? Может, облачная? Наверное, такая же, как и тогда…

Агар очнулся, когда его уже грузили. Зрячий. Мужчину, в отличие от Олдера, ударили сзади чем-то тяжёлым – он не видел того света, а логично потерял сознание от сотрясения. Как рухнул напарник, тоже успел заметить, но причины не знал. Оставили, не стали брать в город.

Рика сидел спиной к возничему с Орием и по идее мог бы видеть всех лежащих у своих ног. Большинство из них в сознании, о чем-то перешёптывались, но ему из-за шума колёс было не слышно. Наверное, человек восемь. Как тогда везли трупы… но то другие повозки, более плоские. Мёртвым борта не нужны – не выпрыгнут.

- Может, надо было в порт ехать? – спрашивает возничий, - там хоть больница и попроще, но зато нет угрозы нападения.

- Можно подумать, меня через третью пропустят. Их-то ладно…

- Я врачей ещё не возил, - «а по голосу уже далеко не молодой» - не знал, что к вам такие же требования.

- Я тоже, - Орий сейчас очень спокойный, будто принял что-то, - пока не решил, что туда быстрее будет добраться. Оказалось, что это просто моя объездная дорога в Крайний.

Тут они притихли. Заметно ускорились. И среди раненых какая-то возня началась.

- Догонят, не успеем.

- Уже выдыхаться начали.

- Вон ещё бегут.

- Они не посмеют.

- Ещё и с факелами!

- Поля уже жгут …

И вправду – потянуло дымом. Большую часть урожая давно успели собрать. Даже когда Олдер проезжал по этой дороге в последний раз, видел, что не убранными оставалось всего пара участков около дороги. Так что, наверное, сейчас поджигают не посевы, а траву, растущую сплошным ковром справа – ближе к фронту. Но зачем? Разве для них мало костра на первой?

Дышать стало ещё сложнее. Будто закурил, не иначе. Прикрыл нос рукавом, много кто закашлял. Но телега ехала быстро, и вскоре вновь почувствовался свежий воздух. Значит, проскочили. Да и по ощущениям до города оставалось всего ничего.

***

Олдера провели к лавке в небольшой комнате и велели ждать. Ну, даже если бы не велели – он всё равно далеко бы не ушёл. Это помещение казалось совсем крохотным, будто тут только одна лавка и умещалась. Аккуратно встал, протянул руки, пытаясь дотянуться до противоположной стены. Ногами упёрся в кровать. Застелена. Неужели ему выделили отдельную палату? Рядом тумбочка. И всё такое чистое, приятное на ощупь. Больничный запах только бы сменить.

А в открытой двери, ведущей в коридор, не утихающая беготня, возня, голоса. Громкие и не очень. Резкие и не совсем. Госпиталь этот считается третьим в мире по величине, качеству лечения и обучению новых врачей, медсестёр и санитаров. И первым среди всех лечебных заведений Вулканических островов. Хотя, расположен не там. Построен был ещё до войны и помимо собственно госпиталя включал в себя и санаторий с лечебными водами и грязями. Вот только последний так и не был запущен. Его сразу же отдали на военные нужды, скважины так и не заработали. История внесла свои коррективы.

Наверное, тут всегда так шумно и людно. С другой стороны – если много, где прорвали, то и раненых сейчас во много раз больше обычного. Это кого успели принести. А ещё же и с первой именно сюда везут.

Сидеть надоело, начал прохаживаться туда-сюда, примеряясь к габаритам комнаты, прощупывая немного шершавые стены, пытаясь понять, как лучше ориентироваться в пространстве. Наверное, тут всё белое, но парень может представить, как захочет сам. Добавить любой узор и рисунок, вообразить открытое небо над головой вместо витиеватых орнаментов. Кажется, так тогда выразился Ап?

Сел обратно, задумался. Да, ему опять повезло. Как и Важному. Им суждено остаться живыми. А Апу – нет. Как он умер? Долго ли мучился? Успел ли сделать что-то? Убить кого-то? Может, это именно он поднял тревогу криком? Потому что именно на него напали первым. Ну, это если спал у самого входа. А может, это и не он? Перепутали с кем-то похожим. А сам Ап сбежал вместе с Лахаром. Так думать гораздо проще, надеяться, что всё хорошо. Отрицать очевидное.

От постоянной темноты клонит в сон, да и не спал же уже давно. Решил прилечь, не расстилая кровати – не сидя же дремать.

***

Проснулся тоже сам – в коридоре неизменный шум. Интересно, много ли времени прошло? Надо хоть спросит у кого. Заодно узнать, где туалет. И попить не помешает. Ну и поесть тоже…

- Подскажите, - тормозит первого встречного, выставив руку вперёд, - какое сейчас время суток?

- Ещё не светало, - отвечает человек, спеша дальше.

Значит, проспал не так много. Видимо, валяние после вспышки прибавило сил больше обычного. Только зачем ему столько энергии?

С остальным вышло сложнее – остановил ещё пару людей, но никто не знал где тут что. Тоже приезжие. Разозлился. И сам бы нашёл, если бы мог видеть.

Наконец, появился Орий с ещё парой других врачей. Судя по голосам – пожилых. А значит – опытных. Принялись рассматривать парня, переспрашивать всё с подробностями.

- Ну, ситуация та же, - подводит итог один из них, - у нас тут таких пара сотен после вчерашнего.

- И каков прогноз? – интересуется Орий.

- Никакого, - достаточно хрипло отвечает другой, - они что-то использовали, с этим голубым свечением. Мы, конечно, ещё не всё попробовали, но основные методы бессильны.

- Что со мной теперь будет? – не выдерживает Олдер.

- Погоди, не вмешивайся, - врач отодвигает парня за спину, - значит, это что-то новое? Но почему тогда так мало поражённых?

- Видимо, сколько смогли задеть. И только по второй линии. На первой ни одного случая. Пойманных допрашивают, а мы тут готовимся принимать соответствующие меры. Надо как-то уберечь остальных воюющих.

- Группы ещё не отбирали? – Орий делает пару шагов в сторону.

- Да когда там! Ждём бумажку, запрос только послали.

- Слушайте, он с нашей позиции один такой. Должно найтись место.

- Это уже не наша компетенция, - возражает хриплый, - сам же знаешь, что там надо не по одному параметру смотреть.

- Знаю я ваши параметры, - перебивает тот, - он подходит!

Молчание. Видимо, переглядываются.

- Ну, остальные ещё не просили, - произносит первый.

- Как и он сам, - добавляет второй, - Олдер, верно? Пойдём, сядем.

Возвращаются обратно в палату, усаживают на лавку. Который громкий садится рядом:

- Ситуация какая, - чешет губу, коверкая голос, - ты попал под воздействие чего-то нового. Мы не знаем, что это и как лечить. Но у нас есть методы, которые нужно проверить. Испытать. И ты можешь принять в этом участие. Будешь жить в отделении, с остальными, такими же. Питание, гуляние, всё в таком духе. А мы будем пробовать всякое. Пока не найдём, что помогает. Или же второй вариант. Идёшь по распределению, как большинство. Тут уж я не могу знать, какую работу тебе предложат, тем более что для слепых выбор не особо велик. Но там хотя бы зарплата будет. Здесь мы этого предложить не можем.

- То есть, - Олдер подал голос, пытаясь взглядом отыскать смотрящее на него лицо, - есть шанс, что я вновь смогу видеть?

- Полагаю, что выбор очевиден, - ответил за парня Орий, - оформляйте его, и я поехал.

- А вы разве не остаётесь? – Рика обернулся на мужчину, встал.

- Думал, я из-за этого шрамированного свою позицию брошу? – тот явно ухмылялся, - не дождётся!

9 глава. 4 часть.

В отделении оказалось более чем хорошо. Особенно учитывая тот факт, что Олдер был там первым. Только через день начали добавлять новых испытуемых. В палатах их было по шестеро, всегда всё убрано и чисто. С обратной стороны от входа располагалась дверь на улицу – в фруктовый сад. Плоды уже давно все собраны, но гулять оказалось не менее приятно. Появились новые знакомые, разных возрастов и с самым разнообразным опытом. Они очень много говорили, обсуждали, вспоминали. Всегда рядом суетились медсестры – добрые и отзывчивые.

Через пару дней заглянул Орий – привёз последнее письмо родителей и ещё одну партию «непригодных». Среди них оказался и Бертар. Парень всё время трусился и совсем не реагировал на окружение. Отказывался есть и пить. Сошёл с ума, не иначе. Но и таким найдётся работа с реабилитацией. Не пропадёт. А меточку в деле поставят. Жаль, что общаться с ним не выйдет. Важного всё же отправили домой – с партией ответных писем. И Олдеру не запрещено общаться с родными. Просто теперь надо изменить адрес на госпиталь. И смириться с тем, что он больше не солдат. Но это временно, не иначе.

В конверт, помимо письма, был вложен крошечный лист пальмы. Такой приятный на ощупь, с острыми краями, по которым приятно было проводить пальцем. Текст зачитывала одна из медсестёр. Она в целом очень часто крутилась около Олдера, от чего соседи по палате шутили над этим. Но парень лишь тихо улыбался, понимая, что это может видеть только она. В письме родители радовались успехам сына, мать заметно шла на поправку, хоть и теперь ходила немного согнувшись. Вроде как временно. Отец опять раньше времени оправлялся обратно на фронт, но на момент написания ещё был дома. Брат ждал первого отпуска Олдера и просил привезти какой-то трофей. А лучше два – поделиться с другом. За Руну не писали – это опять были ответы на прошлое письмо, не на последнее. Надо будет попросить почитать тогда его кому-то другому…

Первые опыты начались только спустя неделю – когда всё отделение было заполнено «отобранными». Вначале испытания казались безобидны – таблетки да уколы. Но ничего не помогало. Никто не прозрел. Тогда уже пошли более серьёзные методы. От которых уже и жить порою не хотелось: ядовитые растения, самые невероятные сочетания съедобного и несъедобного, операции и прочее и прочее.

Выпал первый снег. А с ним и неприятные вести. Допытавшись одного из пленных, смогли узнать лишь единственное спасение – какие-то источники, на другом краю материка. Вроде как вода в них, и только в них, полностью исцеляет, стоит только окунуться. Но это чужие земли, вражеские. И до них едва ли когда-то дойдёт фронт. Вот бы пробраться туда. Всего разочек, всего в одну сторону. Обратно уже проще будет… но вдруг и здесь найдётся способ? Более безопасный? А там и война кончится…

Наступление противника провалилось, но при этом и наши тоже теперь не в силах были сдвинуть фронт. Война отметила очередную годовщину своего начала.

***

Олдер всё-таки смог вернуться домой. Спустя три года больничной жизни. Опять повезло – выжил. Несколько испытуемых, из-за предполагаемого лечения, однажды просто не проснулись утром. Ещё пара скончались на операциях. А панацею так и не нашли. Сдались.

Совпало со смертью правителя Дворца Начал – появилась надежда, что всё это скоро кончится. В тот год много кто смог и в полноценный отпуск уехать и даже остаться насовсем, если сражаться дальше не было сил. Удивительное время приятных перемен. Ещё и медсестра обещала совсем скоро приехать – проведать. А там – кто знает?

Родители, кстати, встретили тепло, отец тоже был дома. Контужен только немного. Долго смеялись – один слепой, другой глухой, ещё и мать хромает. Опять та же зараза укусила. А брат всё порывается на фронт… отомстить за старшего.

***

Долго пытался найти Важного, но тот будто и вовсе не существовал. Уже спустя много лет, найдя спокойную работу по своим возможностям, успев удачно жениться и даже воспитать двоих детей, он застал перемены, когда молодое поколение, не скрываясь, начало противиться войне. В дом постучали, подкинув листовку. Её подобрала жена. По просьбе Олдера зачитала:

Один из нас вернулся неходячий,

Другой – ослеплѐн навсегда,

Третий – не покинул поля боя,

Четвёртый попросту сошёл с ума.

А хочешь дальше продолженье списка?

Так пятым, тут же, станешь сам.

Возможно, выживешь, переиграешь,

Но будешь ли и дальше верить их словам?

Автор не был подписан, да только это и не требовалось…

Конец!

Биография четвёртая - полная. Солдат. Глава 8

Pterodactyl — Tue, 25 Oct 2022 16:55:04 GMT

8. Свет

8 глава. 1 часть.

Врелинан встал задолго до рассвета. Принялся ходить по лагерю, заглядывать кругом. Обошёл по большому кругу, вышел к дороге, поднялся на холм, но тут же спустился. Что-то, видимо, планирует. Снова поднялся, поинтересовался ведением дозора. Как ночь прошла и всё такое.

- Сюда бы молодёжи, на немного, - не выдержал Агар, - как бой будет, а они и не знают куда бежать!

- А я им на что? – голос опять стал громким, - у них свои задачи, у вас свои. Или надоело тут стоять? Сменим тогда.

Тот промолчал, но видно, что недоволен.

***

Построение опять встречают наверху – Фериция развернули в строй. О, и разведка тут.

- Сегодня посмотрим, что вы умеете, - командир прохаживается туда-сюда перед всеми, - начну с бывалых, потом новобранцы. Готовьтесь пока.

Развернулся, ушёл под холм.

Все принялись разминаться. Ну, в целом всё логично. Только кто дозорных сменять будет?

Врелинан появился спустя время, со списком. Вначале озвучил первую шестёрку, что-то поспрашивал, приказал «побороться». После первых приёмом как-то заметно расстроился. Вызвал новую шестёрку.

- Он мне нашего командира с корабля напоминает, - Олдер с какой-то грустью смотрел на всё это, - мы тогда из-за него так намучились…

- Да этот, судя по всему, важной персоной был, - Агар печально улыбнулся, - ни слова о себе не сказал. Кто такой? Откуда? И вчера вечером не со всеми ужинал.

- Мдааа, - протянул парень, - а по лицу не скажешь.

- Как раз наоборот. Тут у каждого, если спросить, молодость интересно проходила. Вот только подобные метки та сторона оставляет… на пленных. Которые ничего им не выдали.

- То есть, он сбежал?

- Или обменяли. Хотя, это скорее исключение.

Олдер задумался о том, чему учили в школе. Умри, но не сдавайся. А тут не только спасают, но и командирами делают. Мистика, не иначе.

- Да ты не расстраивайся, - Агар засмеялся через силу, - это же нам есть с чем сравнивать… хорошим. А вот кто Косточку всего пару дней успел застать – тем проще в разы. Для них этот лучший.

- С прошлыми командирами так же было?

- Бывало и хуже, - теперь мужчине стало действительно смешно, - помню, мы при одном только и делали, что одеяла ровняли. Наверное, до сих пор где-то валяется деревянная линейка такая, специальная, - он широко расставил руки, - сами строгали! Зато порядок был… как у Ория в операционной!

- Он тут тоже давно? – вот о ком Олдер действительно мало знал.

- Орий? Дай-ка подумать. Ну, перевели его уже после прихода Косточки. А, не, его поменяли с другим врачом. Прошлый совсем старый был, руки трусились сильно. Ереном звали. В общем, его в госпиталь, а этого на замену, - опять засмеялся, - вначале так радовался, что знания хирурга пригодятся! А потом один бой, второй, санитара убило, потом ещё одного. У нас тут вообще эту работу проклятой считают! Они, почему-то, долго не живут… - задумался, полез за сигаретой.

- Бертар ведь тоже санитаром был.

- Не, я имею в виду настоящих, которые обучение прошли. Они же и по мелочи оперировать могут, если врач разрешит. А твоему другу такое едва ли доверили бы.

***

Дело дошло до новобранцев. Тут проверка была ещё быстрее – командир особо не всматривался в демонстрируемые приёмы. По окончанию пустил всех молодых марш-броском вокруг лагеря. Старших развернул в противоположную сторону и направил по той же дороге, что и первых. Теперь им приходилось каждые полкруга немного замедляться, чтобы маневрировать со встречными. Сверху выглядело интересно, ровненько так, симпатично.

Продолжалось это достаточно долго, большинство уже успело запыхаться. Остановил, построил, начал проверку по новой. А тем временем скоро полдень.

- Нас так же гонять будет? – риторически спрашивает Олдер, - или мы здесь до следующего рассвета?

- Пойди, спроси, - смеётся Агар.

Замену дозорным всё же прислали – двух самых хилых, пожалуй, бойцов, из новеньких. Мужчина тяжело вздохнул, оставил Рику за главного, а сам пошёл разбираться. Оставлять молодёжь одну на холме – рискованная идея, надо же ещё все рассказать, посмотреть, как они себя вести будут. Да и отпор едва ли смогут кому-то дать.

- Сколько тебе лет? – спрашивает один из ребят, осматривая Олдера.

- Шестнадцать…

- Как нам? – перебивает другой, - когда же тогда прислали? В пятнадцать?

- Нет, в конце этого лета, - поясняет парень, - я тут не на много больше вашего.

- Уже видел бой? – вопрос с азартом в глазах, - участвовать же только через год?

От трубы послышался шум – внизу явно кричали, ругались.

- А правда, что материковые глупы, как ясельная группа? – так же радуется второй.

- Не знаю, - буркнул в ответ, - но на вашем месте вёл бы себя посдержаннее.

- Почему? – искреннее непонимание первого.

- Рискуете… - Олдер прерывается из-за шагов рядом.

Это возвращается Агар, совсем хмурый:

- Иди, готовься к отдыху, - обращается к Олдеру, - но не засыпай пока. Сейчас, я этим всё объясню и тоже спущусь.

Своё новое место для сна нашёл с трудом – определил его по лежавшим на койке личным вещам. Это было совсем небольшое помещение, расположенное справа от кухни. На шесть человек. Очень даже неплохо. Как раз покушал. От ожидания принялся чистить свою форму – днём в тёплой жарко ещё. Вскоре пришёл Агар:

- Не знаю, правильно ли я поступил, - начал он, раздеваясь, - Врелинан и тебя хотел сменить на кого-то «менее боевого», чтобы со всеми тренировался. Пришлось за одиночников рассказать. Вроде как договорились, что ночью мы так и остаёмся, а дневные постоянно сменяться будут. Чтобы как раз все выучили местность. Каждое утро по новой всё рассказывай теперь, - мужчина тихо засмеялся, - хоть книгу пиши с иллюстрациями! Нет, чтобы того же Фериция оставить.

- Я слышал – он не особо понравился…

- Это Врелинан ему не особо понравился, работать заставил. Так что очевиден ответ, - смех стал немного громче, - да здравствуют постоянные тренировки! Будто всех на первую готовят.

- А нам не надо было тоже что-то демонстрировать?

- Вечером, командир сейчас занят, - мужчина улёгся на соседнюю койку, - а хорошо тут они сделали. Намного уютнее того «ангара».

8 глава. 2 часть.

Олдер надеялся проснуться, как часто до этого – случайно, намного раньше дозора, но не сложилось. Разбудил Агар. А так хотелось пообщаться с Важным, Апом или Бертаром. Узнать от них, что интересного о новом командире или поделиться самому.

Вместо ожидаемой боевой проверки, командир повёл их к подвалу для одиночников. Попросил показать. Когда открыли люк, послышались удары в бубен и какая-то совсем нескладная песня, исполняемая женским и в тоже время крайне грубым голосом:

- Не пой, если хочешь жить, не смотри, откуда я родом! Мир наполнен миллионом цветов, но я выбираю один на всю жизнь.

Врелинан начал громко спускаться. Агар и Олдер последовали за ним, но песня не прекращалась:

- Не думай, что я хороша, не слушай, о чем я пою! Этот свет будет последним твоим, после него всё растает в бреду.

Командир уже открыл дверь в комнату, голос стал совсем отчётливо слышен, но даже не дрогнул:

- Не забывай своих обещаний, не предавай в битве друзей, - девушка смотрела прямо на вошедших, - жить захочешь – не так извернёшься, только жизнь твоя – станет моей!

- Красиво, - Врелинан заулыбался, осмотрелся, оценивающе глянул на пленных, - ну, посидите ещё тут, - закрыл дверь обратно, - и не кормить, - добавил он, - через пару дней посмотрим.

Агар промолчал, принялся подниматься обратно. Олдер следом. Хотя, наверное, надо было командира пропустить…

Парень задумался о пленнице. Одежда у девушки была обычная, да и выглядела она явно материковой. Возрастом больше двадцати, но едва ли за тридцать. Лет ей добавляла причёска – совсем короткая, неуместная для лица. Глаза круглые, большие. И тоже какие-то не такие. Ещё и бубен откуда-то раздобыла. Странная.

А двое ребят очевидно, что свои. Совсем кровь свежая…

- Мне бы ещё пару на ночь выделить, - заводит разговор Агар, пока возвращаются к лагерю, - зимой долго не простоишь наверху. А в метель – и того меньше. И лучше сейчас уже не спеша готовить, вдруг с нами что…

- Мой ответ знаешь, - подозрительно мягкий голос командира, - бери кого хочешь, но мне людей тоже готовить надо.

- Они же не все воевать должны! Тут есть и другая работа.

- А что мешает часто сменять народ? Одни постояли, другие пришли и так далее.

- Было у нас такое уже, проходили, - голос Агара стал немного грубее, - а как одиночник бежит, так вся округа просыпается. Днём пускай хоть как дозорят, но в темноте должны быть одни и те же люди.

- Нет, - Врелинан качает головой, - за этих бегунцов слишком большая морока беспокоиться. Если причина только в этом, то просто пусть бегут дальше. Нам вперёд надо двигаться, а не назад оглядываться.

Нам. Это вы к себе на «вы» обращаетесь, или всё же в коллектив решили вступить? И что это за слово такое – бегунец? Кажется, оно где-то в памяти Олдера уже мелькало…

***

- А мужик не простой, - вздыхает Агар, оставшись наедине с парнем, - с третьей как-то связан, не иначе. Заметил? И вроде как не запретил ловить, но и в тоже время возможности ограничил.

- А если мы и дальше сами нести дозор будем?

- Сейчас-то можно, но это же не вечно будет. Ещё и этих просвещать… кого потом на первую отправят. Они же всем составом и вернутся! Тут должны стоять конкретные люди, а у меня такое подозрение, что мы все скоро туда отправимся, - он указал на зарево, - не зря же он всех проверяет. Хочется верить, конечно, что это чисто для себя погонял народ, но если завтра повторится – то точно, что… поедем.

- Нас же не проверял, - Олдер задумался о Бертаре и Апе.

- Ну, кого-то оставит, - достал сигарету, - может, тебя не трогает, потому что мне угодить решил? Ни с кем тут толком не общался, я спрашивал. Отобрал нескольких самых «старых», поставил над остальными. И всё. Школа какая-то, не иначе, - закурил.

- Значит, точно наступления ждать? – у парня появилась надежда увидеть окончание войны.

- Видимо, - мужчина заметно расслабился, вновь заулыбался, - только у нас шанс выжить есть.

8 глава. 3 часть.

Агар любовался дорогой – проехала пара запоздалых повозок в сторону Крайнего. Олдера же привлёк внезапный огонёк со стороны заставы слева – маленький, почти незаметный. Как звёздочка. Тут он начал расти, будто приближаясь. И в следующее мгновенье свет полностью поглотил парня. Он манил своей лёгкой голубизной, обволакивал всё вокруг, дышал, будто живой. Моргнуть не было ни сил, ни желания. Время тянулось бесконечно долго в этом потоке прекрасного. Стало очень хорошо на душе. Но постепенно голубизна ушла, а с нею и свет. Олдер плавно закрыл глаза и тут же будто уснул.

***

Снилось яркое солнце, от которого щурились и слезились глаза, но отводить взгляда не хотелось. Какое же оно большое, горячее, родное… очнулся в полной темноте. Совсем ничего не видно. Где-то рядом слышны разговоры, стоны… лазарет? Был бой, и он всё пропустил? Видимо, прилично спал. Почему же так темно? Принялся на ощупь вставать, откинул одеяло. Ещё и в одних трусах – куда могли форму деть?

- Эм, что ты делаешь? – голос Важного, совсем рядом и… какой-то взволнованный?

- Тут разве не должна гореть хотя бы одна свеча? – Олдер говорит тихо, вдруг кто-то спит.

Уже опустил ноги на пол, наверное, одежду у ног повесили, на изголовье. Одеться и так можно, а вот пробираться к выходу – уже сложнее. Но дорога в целом складывается – если рядом Чушь, то он в самом конце, а значит тут просто по прямой. В большой комнате точно будет свет.

- Вернись, пожалуйста, - голос точно взволнованный, но почему? – Орий сейчас на операции.

- Я что, бой проспал? – парень остановился, присел на край. Уставился туда, откуда исходил знакомый звук.

- Ты полдня провалялся без сознания, не назвал бы это сном.

- Сильный? – судя по стонам, лазарет действительно полон людей.

- Ну, сложно сказать, - Важный вздыхает, - многих потрепало.

- Давно кончился?

- Нашёл, у кого такое спрашивать… судя по скрипу двери – только что ещё принесли.

В темноту? Здесь не бывает темно! Особенно, если работа врача в самом разгаре!

- Важный, - как-то совсем жалобно получилось, - я, кажется, ничего не вижу.

- Заметил, всё-таки? – вздох с какой-то досадой, - давай просто дождёмся Ория, и он тебя посмотрит… выглядишь ты вполне нормально.

Начал активно моргать. Хотелось со всех сил снять с глаз эту тёмную, непролазную пелену. Только сейчас понял, что цвет вокруг не черный. Он пронизан мелкими вспышками, уходящими в бесконечность. Прослезился, будто от солнца, стало совсем страшно.

- А сейчас сильно светло? – начала накрывать паника, дыхание участилось, - может, просто от той вспышки… на время?

- Тут как обычно свет горит… ляг, пожалуйста, - голос заботливый, спокойный.

В руках появилась мелкая дрожь, когда укрывался одеялом обратно.

- Сейчас день?

- Ага, скоро по идее обед должен быть.

- А если я таким и останусь? – не удаётся отвлечься.

- Не думаю, что от какой-то вспышки можно ослепнуть навсегда.

- Агар тоже тут? Мы же её вдвоём, выходит, видели.

- Я не знаю, сюда только тебя принесли, и то, когда я спал. А потом сразу бой – никто ничего не докладывал.

Попытался осмотреться, найти хоть какой-то ориентир. Но всё одинаково, бесконечно. Снова подорвался, принялся руками искать штаны.

- Пожалуйста, ляг, - уже командный тон, - не вынуждай меня кричать.

- Мне солнце снилось. Вдруг, посмотрю на него, и всё пройдёт?

- Даже если так – там сейчас опасно. Вдруг кого нести будут, а тут ты.

- И то верно, - присел обратно, - а давно операция длится?

- Забавный ты, - нервный смешок, - сам же знаешь, что тут не угадаешь, когда она кончится.

- Ну, может, слышал что?

- Не наводи панику. И ляг. А то напрягаешь.

Глаза стали совсем влажные, появилось бессилие и внутренняя обида. Опустился на кровать, как и сидел – поперёк, свесив ноги. Только сейчас слезы, наконец, нашли ложбинку и скатились к ушам. Вытер их руками.

- Не знаешь, что это было? – Олдер старается говорить как обычно, но голос предательски подводит.

- Ты о чем?

- Эта вспышка, она была самым прекрасным, что я когда-либо видел в жизни. Такая… манящая.

- Повторяю. Я спал. Проснулся. Ты рядом лежишь. Там уже первых раненых носят. Я решил, что тебя тоже ранило. И стал ждать, как проснёшься. О вспышке только ты заговорил.

- А то, что я не вижу? И не ранен?

- Ну, во сне зрение не проверишь, как-то сам догадался по твоим телодвижениям. И под одеялом не ясно, насколько целый.

- Стой, - Олдер резко поднял голову, будто так мог увидеть Важного, - то есть, я провалялся полдня, а там и полночи, и всё это время идёт бой?

- Слушай, всё, что я могу знать, так это то, что раненых ещё приносят, - голос стал немного выше, - подробности мне неизвестны.

- Тогда я сам узнаю, - снова начал искать форму наощупь.

- У койки? Она ничего не скажет…

- Где моя одежда? – получилось совсем громко и нервно.

- А, на ширме висит. Прямо.

- Кто так делает? – нервозность никуда не ушла, встал, принялся двигаться к новой цели, - я правильно иду?

- Ага, только руки чуть повыше подними, во, ага.

Наконец-то нашёл, начал одеваться. Не удержался, одевая штаны, упал, повалил одну из перегородок. Попытался всё поправить. Но никак не мог найти для неё опоры. Кто-то приблизился, легко оттолкнул. Судя по всему, вернул, как было.

- Спасибо, - Олдер снова отошёл к кровати, но опять не рассчитал и больно ударился бедром о её край. Только потом сел.

- С тобой всё в порядке? – голос знакомый, взрослый, но кто – непонятно.

- Мы Ория ждём, - поясняет за друга Важный, - если увидите, скажите, что это срочно.

Тишина. Ушёл, видимо.

- Кто это был?

- Рубеж, из разведки, - голос стал немного радостнее, - не знал, что и они тут.

- Тоже раненый?

- Голова перемотана, - опять скатился в печаль, - наверное, как раз за ширмой лежал.

- Надо было его за бой спросить.

- Ты так ним интересуешься, будто ещё планируешь успеть поучаствовать!

- Нет, просто я должен увидеть солнце.

- Что-то я нигде не слышал, чтобы это лечило слепоту.

- Ну не зря же оно мне снилось!

- А может, это, наоборот, предупреждение?

- Нет.

- Как скажешь…

***

Время длилось бесконечно. Но, всё же, Орий, заглянул, пока готовили нового раненого к операции:

- О, очнулся, наконец, - по голосу было очевидно, что стоит он в проходе и смотрит не на парня, а в сторону. Видимо, контролирует многочисленные перемещения по лазарету.

- Он ослеп, - быстро проговорил Важный, привлекая больше внимания, - совсем.

- В смысле? – мужчина тут же приблизился, сел рядом.

Холодные, немного влажные руки касаются лица, от чего парень дёргается. Пальцы разводят веки чуть шире, поворачивая голову выше. Видимо, к свету. Но Олдер не чувствует разницы. Картинка не меняется.

- Ударился сильно? Голова не болит? – руки перемещаются к волосам, начинают тщательно прощупывать.

- Нет, - как бы сдержать слезы? – ничего не болит. Даже спина.

- Это случилось до потери сознания или после?

- Как проснулся, уже, - говорить стало сложнее, начало накатывать.

- Мы готовы, - слышится из-за ширмы.

- Иду, - отзывается врач и сразу обращается к Олдеру, - ладно, разберёмся. Лежи пока.

Он удаляется, дверь закрывается. Но тут же слышатся крики с другого конца лазарета:

- В смысле ампутировать? – судя по всему это зашёл Врелинан, - и тебе тоже? Где этот мясник?

Операционная вновь открывается, Орий отвечает так же громко:

- Хочешь пришить ошмётки? Тебе нитку дать?

- Ты как со мной разговариваешь? – тяжёлые, приближающиеся шаги.

- Соответственно, - голос чёткий, звонкий, - иди на улицу орать, а мне нечего своё мнение высказывать!

- Ты что себе позволяешь?

Доносятся непонятные звуки. Похоже, что сцепились.

- Спасаю всё, что могу спасти, - спустя долгую паузу, запыхавшись, отвечает тот. Видимо, удалось отбиться, - и если сейчас кто из них умрёт, то это ты будешь виноват, что забрал моё время!

Резко и громко захлопнулась дверь. За ней слышатся ещё крики, но уже менее разборчиво. Орий пересказывает всё своим ассистентам. Врелинан же ещё стоит за ширмой, начинает так же громко удаляться, ругаясь:

- Что за выскочка? Не удивительно, что тут такая смертность! Ну, я ему устрою, - снова сильно бахает дверь. Вышел.

- Как жаль, что он не ранен, - судя по звуку, Важный переворачивается на живот, начинает листать блокнот, - но уверен, что это временно.

- А что, если он прав?

- Ты о чем?

- Что, если твои ноги можно было спасти?

- Нет, - после продолжительной паузы отвечает он, - нельзя.

- Я ведь толком не знаю, что у тебя там случилось. Ни ты, ни Бертар, так ничего и не рассказали.

- Может, когда-нибудь, - слышны звуки перелистывания, - но не сейчас.

- Ты ведь уедешь скоро.

- И тем лучше для тебя!

- Можно попросить?

- О чем? – тяжёлый вздох.

- Передать родителям о том, что со мной… не думаю, что такое можно в письме писать.

- Ой, да поправишься ты. Разве хоть немного не стало видно?

Олдер тихо покачал головой. Не хотелось верить, что это правда, но реальность призывала принять.

Биография четвёртая - полная. Солдат. Глава 7 (6/6)

Pterodactyl — Mon, 24 Oct 2022 16:04:00 GMT

7 глава. 8 часть.

Проспал. Впервые. Дремал бы и дальше, да только сквозь сон понял, что в комнате уже давно не один – слышалось несколько храпов, ворочались то тут, то там. Подорвался, схватил форму и, быстро одеваясь на ходу, выбежал на улицу. Давно стемнело, даже зарево кажется не таким ярким… опять. Очутился на холме в два счета. Агар спиной стоит, осматривается.

- Виноват, - Олдер пытался отдышаться, - проспал.

- Знаю, - мужчина заметно закивал, но лицом не повернулся, - я хотел было разбудить, но потом решил немного сам постоять.

Какое-то время они ничего не говорили, молча осматривались.

- Погода хорошая, видно отлично, - продолжил Агар, наконец, развернувшись, - враг не пройдёт, - он потёр руками лицо.

- Вы не спали днём? – поинтересовался парень.

- Не, - тот скривился, - сейчас это лишнее.

Нет привычного смеха, даже лёгкой улыбки. Серьёзное, задумчивое лицо.

Опять долгое молчание, лёгкий ветерок и звёздное небо.

- Это уже четвёртый будет, - мужчина нарушил тишину, - из тех, кого я застал. Вообще они одно время тут часто сменялись, буквально по паре дней были, но их в счёт не беру. Не запомнились.

Олдеру не хотелось ничего отвечать или спрашивать, потому Агар продолжил:

- Я порою удивляюсь – как молодёжь подрастать успевает, чтобы стариков сменить? Неужели у нас такая хорошая рождаемость? И где бы все мы были, не будь этой войны? – глубоко вздохнул, - кстати, при новом командире – отвечай кратко и только по делу. И только если спросит. Пока не узнаешь, что за человек – лучше не давать поводов лишних. Вот как будто ты только первый день тут! И своим тоже передашь.

- Прошлые командиры тоже умерли? – о будущем не хотелось думать, хотелось вспоминать прошлое.

- Один на повышение пошёл, - Агар снова глубоко вздохнул, - другого отравили… скверная там история с пленными была. Не наши одиночники, с той стороны женщина была. Но я подробностей уже не вспомню, да и тогда вся эта ситуация как-то стороной меня обошла. Ещё пару на поле боя оставили – чего они тогда и сменялись часто. М-да, а теперь… вот это. Орий сказал, что у него что-то с сердцем было. Давно ещё. А тут, видимо, не выдержало.

- Я слышал, сын был?

Мужчина молча закивал, снова отвернулся, потёр руками глаза:

- Погиб, - принялся прохаживаться, - он как раз тут служил, и я его даже знал, но мало. Мрак, кажется, или как-то так. Думаю, потому сюда Косточка и перевёлся. Сомневаюсь, что так могло совпасть.

- И у него больше никого не осталось?

- Почему? Жена, две дочки, родители. В общем, есть, кому хоронить, - и снова этот вздох.

Олдер опять вспомнил о Руне. Почему-то именно она представилась женой командира. А то, что ей всего 16 лет, а Косточке уже точно под 50 было – как-то не сошлось в голове. Может, потому что на его месте представил себя? Ага, и с тремя детьми сразу. Возрастом как они сами. Вроде бы и спал, а всё равно какие-то глупости на ум приходят.

- Знаешь, почему его Косточкой зовут? - пожалуй, первая улыбка за сегодня, но она тут же пропала, - звали?

- Не-а, - парень всё ещё вспоминал Руну, но быстро переключился на новую тему.

- Да у него шрам на всю пузяку, - прошёлся полукругом по своему животу, - похож как раз на косточку от яблока. Получил его чуть ли не в первый день на фронте… так его сослуживцы и прозвали. Потом кого-то там из них знатно повысили, ну тот возьми и переделай все документы в шутку! Теперь и не докажешь…

- А как его на самом деле зовут? – забавная история, конечно, но уж слишком натянутая.

- Он как-то говорил, - мужчина задумался, - только потом я слышал, что другим иначе представлялся. Может, скрывает что. Может, то и не в шутку документы меняли. В общем, ничего толкового не рассказал я. А Ранний сказал, что один из одиночников – ваш приятель? – поинтересовался Агар.

- Да, - взглядом нашёл на земле камушек, легко толкнул ногой, - что его теперь ждёт? Как вообще нам быть? Велели не разговаривать…

- Они обычно всегда на виду, спят только отдельно, вот там, - он указал на отдалённую землянку, в которой завалилась стена и ребята её расчищали в первые дни тут, - и нам, кстати, тоже бдеть надо. Мало ли как сейчас головы работают.

- Их сегодняшний вид… совсем страшное зрелище.

- Бывало и похуже.

- А по какому признаку оставляют? Вы же говорили, что иногда приходится отдавать или что-то такое.

- Когда свой зад прикрыть надо, - Агар заметно разозлился, - и свои выходят дороже этих. А тут – просто не успели.

- Интересно, кто ещё из наших так же бежал? – парень начал перебирать имена в голове, но уже не был уверен наверняка, кто из них попал на первую - подзабыл.

- Обычно очень активно через несколько дней после новой партии свежей крови начинают, - мужчина всё так же выглядел напряженно, - а тут неизвестно ещё, откуда командир будет. Запретит их ловить и… - вздох.

- Такое уже было?

- Да практически все! И всегда! Бывает, скажет – парочку поймать, чтобы там сидели, - указал на подвал, - и всё, хватит. Я же уже привык… чувствую какую-то ответственность перед ними, - кивнул на зарево.

А там, кстати, начали какие-то активности происходить. Совсем далеко, и в тоже время близко – на самом горизонте. Будто бой. Агар тоже замолчал – вглядывается.

- Вот так выглядит смещение первой, - наконец, пояснил он, - в нашу сторону. Тут главное понять, когда тревогу бить. Иди, Раннего, наверное, позови сюда. Он под холмом где-то.

Олдер нашёл того в лазарете – спал у самого входа, но не на командирской койке, а напротив. Разбудил, привёл.

- Вроде, больше не двигаются к нам, - Агар не отрывал взгляда, - но ситуация явно напряженная.

- Может, всё же, выйти на помощь? – Ранний не был уверен в своих словах. Не он тут главный, не он. Так, замещает только.

Стояли долго, картинка начала смазываться – глаза устали любоваться. Олдер перевёл взгляд на дорогу – никого и ничего. Благодать.

- И кого поднимать тогда? – Ранний закурил, - всех? А если их там пара сотен? Опять к «деревне» уходить?

- Накажут, - Агар снова вздохнул.

Бой тот казался бесконечно долгим, было много дыма, или пыли. Но помощник командира так и не решился идти на выручку. С соседних застав тоже никто не шёл. Постепенно всё начало утихать. Видимо, отбились, отодвинулись обратно.

- Зови, если уже побегут, - мужчина обратился к дозорному, принялся спускаться.

Но остаток ночи прошёл уже спокойно.

7 глава. 9 часть.

Почти перед самым рассветом сбегал в штаб за бумагой – надо успеть написать письмо домой. Всё же упомянул Руну, попросил узнать, как у неё дела. В подробности последних событий не вдавался, просто рассказал, что пару раз ездил в город тратить первое жалование, а ещё что его окружают хорошие люди… может, и дальше будет так? Обеспокоился здоровьем матери. Решил, что хватит.

А вот и Фериций – снова один. Могли же и выделить кого из новеньких, странно.

Все собрались уже на построение, большинство молчит. Единицы, среди молодёжи только, что-то тихо обсуждают. Вышел Ранний, увидел толпу, вздохнул, ушёл обратно.

Олдер заметил, как около дальнего блиндажа стоят трое, в уже обычной, гражданской, одежде. Даже по размеру нашли, выглядят прилично. Лахар на него как раз смотрит. Не те глаза, совсем другие. Эти испуганные, печальные, обиженные. Не сравнятся с той уверенностью и гордостью, которую излучали раньше. Должно быть, страшная на них выпала доля. Узнать бы, помочь.

Под холм зашло несколько мужчин, наверное, выяснить – будет ли вообще построение. Вышли обратно. Ожидаемо, расходимся. Но сегодня первый день тренировок, вроде – вчера же всё-таки поделили на группы молодёжь. Совсем не организовано в итоге вышло – ни плана, ни места, ни опыта обучения, ни у кого ничего нет. Переиначили. До этого спальные места организовывали весь день, а сегодня самое время подумать, где народу собираться. Под холмом можно было бы расширить штаб, да только опасно – потолок может не выдержать. В лазарете места больше, но это до первого боя. Поняли, что блиндажи опять перестраивать надо – там два помещения как раз по тридцать человек вместить могут, если койки убрать и столы поставить. А спать в помещениях поменьше. И придумать бы, куда личные вещи складывать. Так все дрова на мебель уйдут… а должны же ещё за ними ехать, этого и так бы не хватило на зиму.

Вообще такое количество солдат тут всех сбивало с толку. Позиция рассчитана максимум человек на пятьдесят, это при максимальной загруженности и использовании всех мест для жизни. А тут – семьдесят. Вроде разница небольшая, а жить-то где-то надо. И это только временно – потом опять всё перестраивать? Для обучения вообще ничего нет. Ни классной комнаты, ни литературы, ни другого инвентаря. Так ото, прислать прислали, а зачем – не сказали.

- Тебе, наверное, вчера не сообщили, - Ап приблизился к парню, - лучше подойди к Раннему, мы с Бертаром теперь тренироваться будем, со всеми. Может, и ты тоже?

- А спать мне когда? – Олдер как-то нервно заулыбался, - или с дозора снимут? Забавно. К Лахару так и нельзя приближаться?

- Не-а, - тот покачал головой, - хотя он вчера, когда нас заметил, хотел подойти. Только его не пустили. Теперь, наверное, злится на меня.

- Ты тут при чем? Он же не глупый, сам всё понимает, - попытался немного приободрить, - покажет, что ему доверять можно и разрешат общаться.

- Надеюсь…

***

Ранний сидел с несколькими другими солдатами в штабе и тихо что-то обсуждал. Олдер подошёл, поинтересовался о своей участи.

- Не знаю я, - мужчина по-детски нахмурился, - иди с Агаром поговори, пусть он решает. Не хочу ещё и об этом думать!

М-да, навалилось. Не просто куча – целая гора. А разгребать – одну лопату дали, и то, наточить некому.

Долго искал этого самого Агара – в блиндаже, где спали, уже во всю работа кипит. В других – нет никого. Нашёл спящим в лазарете. Не могли раньше сказать, где он? Мимо же проходил.

Заглянул к Важному – тот на животе лежит затылком ко входу, увлечённо в блокнот что-то пишет. Подумал, не, не будет отвлекать. Спать надо. Сегодня хоть форма нормального вида, не надо на это время тратить.

7 глава. 10 часть.

Разбудили. Новый командир приехал, всем срочно построиться. Так быстро... не верится.

Олдер выбежал, когда большинство уже стояло, но, благо, не последний. Главный стоит лицом к ним, руки сложены в замок за спиной.

Это был мужчина, чем-то отдалённо, очень отдалённо, похожий на Косточку. Возрастом, наверное. Первое, что привлекло – это губы. Через них, светлыми вертикальными полосами проходило три шрама. Глаза небольшие, широко поставлены. Короткая стрижка и квадратное лицо. Взгляд серьёзный, внимательный. Дождался, пока все соберутся.

А время самое обеденное.

- Командующий Врелинан, - голос грубый и громкий, - а с вами я позже познакомлюсь. Кто тут дольше всех на позиции служит?

Народ начал переглядываться, вспоминать. Наверное, до этого Сезон был, а вот сейчас…

Вышел Агар, представился. Он и вправду тут самый «древний»? Хотя, если сменил столько командиров, то не удивительно.

- Проведёшь экскурсию, - командует тот, - остальным пока заниматься, чем положено.

Чем положено… а не «покладено» ли? Дозорному спать надо, а не экскурсии устраивать. Чем ему уже Ранний не угодил? Стоит со всеми в строю, как будто и не он помощник командира. Разбудили, вот Олдер и грубый какой-то в своих мыслях… так что? Обратно ложиться идти? Ладно, пусть проведёт по лазарету и тогда уже можно отдыхать. Лучше лишний раз не нарываться. Лишь с Важным чего не надумал сделать.

***

- Мне его имя кого-то напоминает, - морщится Ап, - и поведение тоже.

- Делать выводы о человеке по паре фраз – плохое качество, - улыбается Олдер, потягиваясь.

Они сейчас сидели на кухне у самого входа, условно помогая с обедом. Тут же крутилось ещё с десяток других ребят – совсем свежей крови. В общем, было не протолкнуться. Рогозина куда-то ушла, так что они практически были за главных.

Снова заболела спина, встал, начал разминать, наклоняться. Когда же она уже пройдёт?

Выглянул на улицу – народу полно, но командир, видимо, всё ещё под холмом. А вон и Бертар ходит – койки таскает. Ему физическая нагрузка легче чистки овощей.

- Не задумывался, - Олдер возвращается к приятелю, - почему именно Лахар пробегал именно здесь?

- Я рад, что так совпало, - Ап не поднимает головы, всё колупает ножом глазок картофеля.

- А если бы это был, допустим, кто-то другой? Например, Миха из моей группы.

- Тогда я бы спросил у него – не знает ли он судьбы Лахара.

- Должен признаться, - продолжая диалог спустя время, - что со стороны он не особо хорошо с тобой обращался.

- Ты о чем? – парень удивлённо взглянул на Олдера.

- Ну, как-то, - долго подбирал нужное слово, - использовал, что ли?

- А разве не в этом заключается смысл дружбы?

- Но ты ведь с ним так же не поступал.

- Может я и не просил его о чем-то так же часто, но это не значит, что он меня использовал! – с силой бросил ножик в ведро с очистками, - но я хотя бы не подводил его, как и он меня!

Ап со злостью вышел на улицу, но через несколько шагов остановился и молча вернулся. Не глядя на Олдера, сел обратно и принялся дальше чистить овощи. Ну да, особо далеко от поручения не уйти.

Наконец, показался Врелинан, следом Агар. О чем-то увлечённо разговор ведут, командир улыбается, кивает в ответ. Принялись подниматься наверх. Самое время узнать от Важного что тот слышал, а заодно и самому доспать немного.

***

Чушь лежал совсем печальный, перебирал руками конец одеяла.

- Ну что, познакомились? – эту фразу Олдер заранее придумал, сам себе улыбаясь.

- Ему не понравилось, что меня со всеми на построении не было… - нахмурился, скривился.

- Может, так пошутил? – странные шутки, конечно, - выходил из-под холма совсем не злой.

- Агар ему пояснил, что я вроде как отправки жду, а он такой – «ради одного телегу вызывать не буду. Пусть лежит, пока ещё, кто подоспеет!» Как будто это можно так быстро решить.

- Ну, волнуется, может, - парень старается поддержать дальше, - да и тебе же лучше – с нами дольше побудешь!

- А в итоге всё равно домой уеду.

- Может, повезёт? Как-то…

- Я тут вспомнил, - Важный говорил с большими паузами, - вещи свои хочу оставить, которые выдавали. Вдруг вам пригодятся. Сами тогда решите.

- Ты ведь не умер, - Олдер резко расстроился.

- Для фронта я мёртв. И сюда не вернусь. А так они хоть не пропадут.

- Нет, - отвечать не хотелось, - лучше возьми их, на память…

- Память о чем? Как я ног лишился? Не думаю, что о таком забудешь. А вот ножик мой бы обратно – вот то память!

- Совсем забыл… я мигом!

Побежал за лагерь, принялся ходить туда-сюда, смотря под ноги. Но территория огромна, да и он ведь не видел, где именно это случилось. Бертара бы сюда. Вдруг резко остановился, испуганно обернувшись на холм. Командир же там. Смотрит, наверное. Осенило. Побежал в блиндажи, принялся рыться в своих немногочисленных вещах. Вернулся к Чуше:

- Вот! – протянул гребень для волос, - меняемся!

- Они же одинаковые, - усмехнулся Важный.

- Снаружи – да, а в голове всегда помнить будешь, что он не твой.

- И вспоминать бритые затылки? – всё же забирает вещь, - это лучше, чем сапогами меряться.

***

Олдеру посчастливилось прилечь ещё на чуть-чуть, но к вечеру опять проснулся сам. Даже на ужин успел.

Всё тот же старый коллектив, без новеньких. Тем накрыли в блиндажах. Но и командира не видно – закрылся в кабинете. Некоторые поглядывают на дверь, будто он там сидит у стенки, подслушивает. Разговоров особых никто не ведёт, единственное что слышно – обсуждают сегодняшние успехи в перестройке лагеря, планируют, что на завтра делать такого срочного осталось. В общем, поели быстро.

7 глава. 11 часть.

- «Почему койка командира стоит в лазарете?» - Агар с какой-то злостью передразнивал голос командира, - а я что, виноват, что Косточка несколько раз подряд ранен был? Забыли просто на место вернуть. Да и он последние дни ничего не говорил – никого нет почти, ничто не мешает…

Сегодня опять к ночи набежали тучи, поднялся порывистый ветер. Но дождём только пахло. Олдер всё же догадался примерить на этот раз тёплую форму, купленную пару дней назад взамен пропавшей. Кажется, качеством она была лучше выдаваемой, но это так, чтобы утешить себя, что не зря деньги потрачены.

- Он вам тоже не особо понравится?

- Да как сказать, - мужчина задумался, заулыбался, - просто много чего поменяется. Где-то лучше станет, где-то хуже. Вроде, толковый, всё по делу спрашивал. Но местами уж слишком дотошно.

- Я думал, вы опять скажете, что первый бой покажет, - Олдер заулыбался.

- Это тоже, - Агар также с улыбкой принялся осматривать стоящего рядом, - молодец, не забыл, - покачал головой, огляделся, - лишь бы помощником не сделал, не люблю я это дело.

- А Ранний? – удивился тот.

- Отказался, - пожал плечами, - он и тогда не особо хотел во всё это влезать. Косточка настоял.

- Они и вправду с островов знакомы были?

- Да, бывшие соседи. Их родители семьями дружили. И что примечательно – в детстве Ранний с Косточкой не особо общались, разница в возрасте слишком большая. А тут как-то это незаметно стало.

- Мы с Бертаром тоже ведь соседи…

- Да, уже обсуждали, - тихо засмеялся, - помирились хоть?

- Похоже, что да. Ну, он, по крайней мере, больше не злится. Вроде…

- Это хорошо.

Со стороны Реки начала приближаться полоса дождя, стало ещё холоднее. Но форма пока справлялась с поставленной задачей.

- Может, пойти, позвать кого? – забеспокоился Олдер, вспоминая недавние события.

- Сам сказать хотел. А не хочется этого будить.

- Мы же не просто так!

- Это ты так считаешь. Ладно, бди, - Агар пошёл спускаться, - я мигом.

Стоять стало совсем неуютно. Кругом начали мерещиться враги. Но непогода ещё далеко и горизонт виден достаточно неплохо. А страшно.

Вскоре напарник вернулся:

- Сказал, сейчас сам поднимется, посмотрит, - с какой-то досадой произнёс он, - ну и дотошный же! Что я говорил? Стой и смотри, как учил, и помалкивай. Понял?

Олдер кивнул, тут же занервничал. Вдруг, не угодит?

Врелинан поднимался неспеша, осматривался буквально на каждом шагу. Когда, наконец, достиг вершины, первым делом уставился на парня. Тот неуверенно поклонился. Вроде, манёвр засчитан.

- Вот, дождь приближается, - Агар указал в сторону, - если накроет – дальше лагеря не увидим.

- Да это я понял, - у командира голос сейчас спокойный, сонный ещё, - но может же и стороной пройти?

- Опыт подсказывает, что лучше перебдеть, - дозорный улыбается, но лишь губами.

- А ты как считаешь? – Врелинан обращается к парню, - может, не одного звать надо? Двоих? Троих?

Какие-то вопросы с подвохом пошли, не иначе.

- Чем больше глаз, тем меньше шанс умереть, - Олдер испугано смотрит на Агара, затем снова на командира.

- Это он тогда тревогу поднял, - поясняет мужчина Врелинану, - я вам днём рассказывал…

- Помню, - перебивает тот, - тогда ответ не удивителен, - подходит к спуску с холма, - берите кого хотите, но, чтобы завтра они были на построении.

Агар решил всё же дождаться, когда дождь будет совсем близко, но этого так и не случилось – прошёл стороной. Зря только командира беспокоили.

Зато случилась другая напасть – одиночники сегодня были как никогда активны. Вначале двое побежало, Олдеру посчастливилось, наконец, поучаствовать. Не словить, но хотя бы замедлить, пока старший с первым управится. Да, ловкости явно не хватает. Пока гонялся – даже вспотеть успел. Явно одногодка, и явно только-только с корабля. Какое обучение длиною в год? Прямым ходом на первую!

Едва вернулись на холм – ещё один. Агар сам управился:

- Девушка. Ну, для тебя уже, наверное, женщина, - он усмехнулся, переводя дыхание, - ещё и не наша. Что тут забыла в одиночку?

- Хорошее же прибавление, - кажется, Олдер устал сильнее старшего, - только что самому главному докладывать?

Мужчина промолчал. Сам, видимо, ещё не придумал.

Биография четвёртая - полная. Солдат. Глава 7 (5/6)

Pterodactyl — Mon, 24 Oct 2022 16:03:19 GMT

7 глава. 6 часть.

Спать хотелось безумно. Когда заметно посветлело, наконец, достал письмо. Тоже написано папой. Вот тут уже появились ответы на его вопросы, но опять не с последнего письма, а того, которое ушло раньше. Никак не выровняются по отправке и прочтению!

Мама заболела – что-то укусило и сейчас лежит весь день, не встаёт. Последнее сам додумал, но по тексту очевидно. Такие себе новости. Зато брат уже получил первые отличные оценки по борьбе – это его первые занятия в школе по физической подготовке. Приятно. Отец помогает с уборкой урожая соседу – они сами не так много сейчас садят, больше не выходит вырастить, но вот лишняя денежка не повредит. Надо будет выспаться и с чистой головой написать ответ. Подумать, о чем рассказать, а о чем промолчать.

***

Перед самым рассветом их сменил Фериций (почему-то один), так что Олдер теперь мог снова постоять в строю. Для дозорных это было не обязательно, вроде как, но сегодня должно быть интересно, так что надо.

А народу невероятно много, просто небывалая толпа! Корабля два, не иначе. До построения оставалось ещё время, и все вольно стояли небольшими группками и разговаривали. Какой-то шум, смех, возгласы… правда, что, детский лагерь. Знакомые лица все в стороне стоят, явно обсуждают новобранцев. Стало неуютно, тоже отошёл подальше. Но не к Апу с Бертаром, хотелось понаблюдать самому.

Появился Косточка, все живо построились. Командир растерянно посмотрел на эту шеренгу и велел перестроиться в три ряда – а то крайние ничего не услышат, даже если кричать будет.

Он в целом сегодня был какой-то озадаченный. Судя по всему, тоже не вполне понимал, что ему делать со всем этим сбродом. Долго осматривал солдат, будто пытаясь подобрать слова.

- Глядишь, до вечера управимся, - произнёс, скорее для себя, но Олдер стоял близко и потому услышал, - пятьдесят три новых рта и двадцать один старый, - вздохнул, - значит, как мы поступим. Для начала хочу сказать, что рад всех вас видеть, даже несмотря на вчерашнее тесное общение двух будущих бойцов, - «вот, зачем выбегал Косточка», - но это отдельный разговор. Тут есть традиция – каждый новобранец произносит клятву перед всеми присутствующими, но ввиду вашего количества я вынужден несколько изменить правила. Зачитка будет производиться сразу по три человека. Десятью прибывшими после передислокации тоже.

Ранний подал тому лист со списком. М-да, командир ребят по памяти сразу называл, а тут – и через неделю не запомнишь. Олдер сам ещё толком всех не выучил из старых…

- Для всеобщего ознакомления с текстом, - мужчина продолжил, - его зачитает Бертар Сани. Выйти из строя!

Парен вышел с другого конца, встал рядом с Косточкой, взял у него знакомый листок. Каким взрослым стал… держится увереннее и в то же время – стоит свободнее. Сколько же прошло с момента настоящего прочтения? Недели две – три? Месяц? Совсем мало и в тоже время бесконечно много.

- Я клянусь не предавать и не лгать ни командиру, - голос звучал звонко и невероятно чётко, - ни моим сослуживцам, даже если от этого будет зависеть моя жизнь. И если я попаду в плен, - снова оторвал взгляд, посмотрел прямо, как и в тот раз, - то не сообщу и не передам никакой информации врагу, даже под пытками или встречными предложениями. Я до последнего мгновения буду предан только своей Родине и ни один человек или обстоятельство не изменит данной мной клятвы. Я клянусь безоговорочно подчиняться приказам вышестоящего и всячески его поддерживать, а если таковым окажусь сам, то в первую очередь обеспечивать безопасность тыла, не отступать от заданных позиций и соблюдать предписанный устав, - последние слова он уже не читал, а произносил, рассматривая стоящих перед собой. Как-то укоризненно, что ли.

- Вернуться в строй! – командир забрал лист, - суть уловили? Тогда по списку…

***

Ну вот кто тянул Олдера на построение? Сейчас бы уже спал себе спокойненько. Хотя, Агар тоже тут… но он-то вчера днём отдыхал! А ещё это выбривание затылков. Там уже по три за раз не выйдет. Интересно, задавались ли вопросом новобранцы – почему у четверых такие странные причёски? Нет… троих. Важного им не пришлось видеть. Хотя, у него изначально короче всех волосы были, практически незаметно уже.

И вот вроде разница в возрасте отсутствует, они такие же. А другие. Уже огромная пропасть между. Может, скоро сровняют её? Почему же их так много?

Зачитка подошла к финалу. Трое новых Олдеров, если других не упустил. Под конец все казались такими одинаковыми, будто пятый раз за сегодня выходят к Косточке. Снова назвали первую фамилию.

- Теперь, по давней традиции я, как командир данной позиции, - эти слова, наверное, тоже часть клятвы, - обриваю затылки всем новобранцам, чтобы больше никогда не видеть их перед собой.

Начало сильно тянуть поясницу, пришлось стать немного криво, перенеся вес на одну ногу. Кажется, заметил Ранний, что-то шепнул на ухо Косточке, но тот, хоть и посмотрел, никак не отреагировал. Продолжил стричь.

В какой-то момент бросило в жар, хотя, сегодня день обещает быть тёплым, это от погоды, не иначе.

- Олдер Рика, - всё же не выдержал, - выйти из строя!

Очнулся, резко выровнялся, сделал пару шагов вперёд. Дальше замялся – не будут же повторно обривать?

- Иди к Орию, - вышло совсем по-отцовски.

Стало как-то стыдно. На глазах у всех – идти в лазарет. Интересно, со стороны видно, что ступать больно? Вроде, старается не хромать.

***

- Ну? – врач сейчас сидел за столом около командирской койки, облокотив подбородок на руку и устало смотрел на парня.

- Я упал вчера, - Олдер всё отводил глаза в сторону, - наверное, сильно…

- С координацией совсем не дружите, да? – встал, подошёл ближе, - мы так и будем друг дружкой любоваться, или ты скажешь, что мне смотреть?

- Ногой ударился, кажется. И стоять неудобно…

- Снимай форму, ложись, - мужчина обречённо вздохнул.

Сейчас лазарет пустой, не считая Важного. Тихо и спокойно. Всегда бы так.

Орий прощупал чуть ли не каждую косточку, как-то грубо, болезненно. В паре мест надавил на спину до щелчков, но легче от этого не стало. Когда дошёл до пятки, то она заболела сильнее обычного.

- Нормально всё, - он снова сел за стол, - меньше выделываться надо было, - будто Олдер говорил причину падения, - не сиди долго. Или лежать, или стоять, пока не пройдёт. Вы как будто специально это делаете! Лишь бы не воевать…

- Нет! – возразил парень, одеваясь, - просто так совпало.

- Оно и видно. Следующего Апа ждать? Скоро? Он, видимо, самый смелый среди вас.

- Не надо его ждать, - наконец, справился с одеждой, побыстрее двинулся в конец комнаты.

***

- Ты ему явно понравился, - Важный сейчас сидел, облокотившись на подушку и довольный улыбался, - хотя, я мог что-то не расслышать.

- Да и у тебя настроение явно хорошее, - Олдер прошёл, облокотился к стене, - а там уже обривают.

- Много?

- Больше, чем когда-либо! Пятьдесят с чем-то.

- Ого. И все – как мы?

- Не, есть и уже воевавшие, но их мало.

- Понятно… - Важный немного загрустил, опустив голову.

- Ещё не знаешь… когда?

- Не-а, - парень покачал головой, - как объяснил Косточка – приплыли все один за другим, а вот обратно – по мере надобности. Так что могу сегодня, а могу и через неделю – две. Или вообще скажут – весной.

- Напишешь в письме, что возвращаешься? Как раз ответ же писать.

Важный повернулся к тумбочке. Конверт всё ещё лежал запечатанный.

- Я даже не уверен, что и вправду поплыву, - заметно погрустнел, - не хочу туда.

- Так может, надо рассказать всё командиру? – удивился Олдер.

- И что он сделает? – теперь немного разозлился, - тут оставит? У него и так проблем до макушек деревьев, а тут ещё я.

- Ну, может что-то придумает?

- Вот что придумал, - резко открыл ящик тумбочки, указал на коробочку, закрыл ящик, - хватит.

- А откуда ему было знать, что ты лучше помрёшь, чем вернёшься? – Олдер оторвался от стены, встал напротив, - давай я позову его, и вы поговорите.

- Вот, - взял конверт, протянул его парню, - прочти и сам реши.

- Я чужого не читаю!

- Я тоже!

Какое-то время молча смотрели в глаза друг друга. Олдер всё же не выдержал, забрал письмо. Сразу его распечатал.

- Тут пусто, - он показал Важному лист, - совсем ничего.

- А, даже так, - Чушь нервно засмеялся, - интересный поворот.

- Может, тут скрытое послание?

- Забавный ты, - не переставая «радоваться», полез опять в ящик, достал другое письмо, - ну, вот прошлое.

Это было похоже на выдержки из газет. Ничего конкретного, никаких эмоций. Упоминание цен на молоко и масло, рождение у соседки девочки, перечень каких-то стройматериалов… всего по немного и ничего родного. Ну, в конце хотя бы интересуются, как добрался.

- Может, это шифр? – снова предположил Олдер, - или, они же в курсе, что их письма мы получаем раньше, чем пишем сами – так выровняли.

- Мои родители не из тех, кто любит играть в загадки или что-то выравнивать, - тот покачал головой, - лишь бы что написать, чтобы не казалось, будто обо мне забыли.

- Тогда зачем им это? Можно же просто не отправлять…

- Видимо, нельзя.

- То есть, если вспомнить, что все письма читаются и перепроверяются – кто-то открыл, увидел чистый лист и обратно его запечатал?

- Может, и так, - немного подумал, - ладно, зови Косточку. Отвечать на пустое письмо я точно не буду.

***

Ждать в большой комнате пришлось долго – пока всех выбреют… почти до обеда. И к блиндажу не выйдешь – все стоят, а он идёт. Если сидеть у Важного, то можно пропустить момент, когда командир освободится. В общем, без вариантов. Сел за стол и тут же уснул.

Проснулся от нарастающего шума и чей-то руки на спине – с улицы активно заходил народ, усаживались на скамьи. Лица все знакомые, новеньких нет.

- Ситуация следующая, - Косточка вошёл последним, закрыл за собой дверь, - и не очень приятная, - сел за стол, тяжело вздохнул, - мне предстоит решить, кого из них отправлять на первую, а кого оставить. Передать туда придётся не меньше половины.

Послышались возмущения, вопросы в никуда.

- Чего тогда сразу не отправить? Мы же привыкнем…

- Готовить на смерть просто?

- Мало того, что вчерашние школьники, так ещё и обучать их просто так?

- А нам как быть, если снова нападут большой толпой? Заранее могилы рыть?

- То есть, они сами ещё и не в курсе?

- Командир, а какие сроки? – послышался вопрос от одного из солдат.

- Я думаю, пара недель есть точно, но может, и до зимы протянут, - Косточка протёр рукавом влажный лоб.

В помещении и вправду стало душно.

- Эти, - мужчина напротив указал на сидевших неподалёку Апа с Бертаром, - тоже?

- За них не сказали, - тот покачал головой, - только вчерашние.

На душе отлегло, хотя, Олдер ещё не успел подумать о подобном.

- Ну, я предлагаю «переброшенных» и не рассматривать, - оказывается, Агар, если захочет, может очень громко говорить, - люди с опытом нам самим нужны.

- Дела уже есть? Может, по ним хоть как-то получится отсортировать на первое время, - предложил кто-то.

- Я думал как раз по десять человек поделить примерно, - закивал Косточка, - на каждую группу по паре из вас для контроля. И смотреть, как себя вести будут. А там, может, повезёт, и забудут про всех.

Некоторые заулыбались, настроение немного поднялось. Олдер молча вслушивался в обсуждения, разглядывал присутствующих и наслаждался тем, что он – среди них.

- А как мы зваться будем? Учителя? - лёгкий смех, - или воспитатели?

- Первым делом блиндажи копать, всех размещать.

- Да на обеды еду готовить.

- Будет, кому дрова колоть!

- А там уже и зима…

- Не, сегодня к вечеру управятся! Тренировать усиленно надо.

- Эй, вы как? – громко послышалось со стороны командира.

Парень обернулся. Косточка был совсем бледный, смотрел прямо перед собой, не двигался. Его голову уже придерживал Ранний.

- Орий! – громкий крик в сторону лазарета, - Сюда, срочно!

Появилась суматоха. Все обеспокоено начали привставать, выглядывать из-за голов других. Предлагать принести воду или мокрое полотенце, открыть двери. Командира опустили на пол. Врач возник рядом в одно мгновенье. Присел, начал прощупывать, искать пульс. Остановился, выровнял спину, не отрывая глаз от лежащего. Полная тишина. Никто больше не шевелится. Кажется, что даже никто не дышит… как и Косточка.

В смысле? Вот так просто? Да нет же! Только что же говорил…

***

Тело временно перенесли в лазарет, уложили на койку. Снова расселись за столом. И снова полное молчание. Так резко, внезапно. Как? Почему? Можно ли этого было избежать? Да какая уже разница! Его больше нет. Просто нет. Но что теперь делать?

У каждого, на кого посмотрел Олдер – хмуро напряжены брови, взгляд отрешённый, совсем пустой. И мыслей будто нет. Как и у него самого. Ни бой, ни покушение, ни болезнь. Ну, последнее, может, и было, но незаметное. Так резко… нет, это не может быть правдой!

Почти все, будто сговариваясь, принялись доставать сигареты. Даже перед Олдером возникла одна в руках соседа, но он отказался. Помещение и так в одно мгновенье наполнилось едким, слабо приятным дымом.

- Надо дозорному сказать, - первым нарушил тишину Агар, - пусть телегу остановит, передаст.

- Надо, - будто не слыша повторил Ранний, сидевший сейчас рядом с пустующим местом во главе стола.

- Это нового пришлют? – шёпотом спросил кто-то с другой стороны, но ответа не последовало. Наверное, молча кивнули.

- Что делать с теми… тремя? – снова Агар, - ещё же не поговорили. Другой не станет разбираться.

- Что, что, - помощник командира очнулся, - пойдём предлагать. Надо успеть объяснить ещё.

Молча вышли на улицу. День в самом разгаре. Молодёжь активно снуёт туда-сюда по поручениям Рогозиной – она стоит у самого холма и наблюдает. Они за полдня весь лагерь приведут в идеальное состояние, это точно! Если контролировать. Женщине шепнули на ухо новость, она одёрнулась, зашаталась. Но быстро подхватили. Велели согнать всех новеньких в блиндажи и пусть там сидят, чем-то полезным занимаются. Но только не мешают.

Сами все прошли к знакомому дереву с подвалом для одиночников.

Ранний снова закурил. На свет вывели троих. Все они были какие-то забитые и грязные. Не так давно выбриты наголо, судя по «ёжикам» на голове. Один держался лучше двух других и был заметно старше. Не сильно, на пару-тройку лет.

- Это что – Лахар? – шёпотом спросил Олдер, толкнув плечом рядом стоящего Апа.

Второй и вправду был их товарищем. Но не поднимал глаз и, кажется, вот-вот мог заплакать.

Третий, судя по всему, прибыл вместе с ребятами, но на другом корабле. И тоже выглядел весьма печально.

- Ситуация следующая, - Ранний сделал затяжку, начал прохаживаться, - либо мы делаем вид, что вы тут и были, либо вы идёте под трибунал. Любая малейшая оплошность, любая попытка навредить или сбежать – и до трибунала вы уже не дойдёте. Мы прекрасно понимаем через что вы прошли, но и себе проблем не хотим. А вы и сами знаете, что это значит. Для всего мира вы мертвы. И имена свои забудьте, - замолчал, не спеша докуривая, - ну? Времени на подумать нет? Решайте.

Они не говорили, двое нервно поглядывали на «старшего». Тот, в свою очередь, не сводил глаз с Раннего.

- Идите, - помощник командира с силой бросил бычок на землю, - и так не до вас. Только как поймают – лучше так же молчите, - развернулся, показал рукой, чтобы всех уходили в сторону лагеря.

- Самим не противно? – тот, наконец, подал голос.

Ранний на него обернулся, остановился:

- А вам?

- Не мы начали войну, она нам ни к чему.

- Ну, так идите, донесите другим.

- А зачем тогда держали столько?

- Скорее – почему отпускаем? Оно тебе не надо.

- Нам бы поесть, да умыться, - спустя долгую паузу продолжил пленник.

- Красиво умереть хочешь? – скулы Раннего дрогнули, - а может тебя кровью умыть? Чтобы в себя пришёл? – начал заводиться, - ты не баба, чтобы подороже себя продавать. И так дойдёшь.

Лахар с третьим парнем так же молча смотрели то на одного, то на другого. Остальных будто и не видели.

- А толку, что мы останемся? Нас тут беречь некому. В первом же бою…

- Тогда почему вы ещё живы?

«Старший» заметно задумался, только сейчас обернулся на своих.

- Третья, - Ранний подошёл ближе, снова стал спокойным, - никого не пропустит. Вы это знаете. И поэтому всё ещё стоите тут, вместо того чтобы бежать.

- Пятки целовать, - процедил тот, - и сортиры драить я не собираюсь.

- А вы? – помощник командира только сейчас обратился к другим пленным.

Они переглянулись, неуверенно закивали, опустив глаза к земле.

- Только нам солдаты нужны, а не уборщицы. В бой пойдёте, когда научитесь себя вести нормально, - он развернулся, крикнув следом, - своих не бросаем!

Все двинулись в сторону холма. Бывшие пленные не сразу сообразили, что и им тоже надо туда. Особенно долго стоял самый старший, пока кто-то не толкнул его в спину.

Снова собрались в большой комнате. Неожиданное прибавление оставили стоять у входа.

- Нас тут много, - снова начал пояснять Ранний, - больше, чем положено. И для всех, кого здесь нет – вы вольнонаёмные с Материка. Так что начинайте придумывать биографию, да поподробнее. Но попроще. Одежду найдём, форма не положена. И самое главное, - он сделал большую паузу, - командира сейчас нет. А как появится – всю свою прошлую жизнь вы уже должны забыть. Навсегда. Ничего и ни с кем не обсуждайте. Просить передать на острова весть – тем более. Уяснили? И с этого момента от лагеря – ни ногой. И сюда вниз тоже. А теперь выходим и ждём снаружи.

Видимо, сразу не подумал, что всё можно было и там донести. Мужчина активно потёр глаза и лоб, когда те уже успели покинуть помещение. Снова повисла тишина. Молчали долго. Говорить не хотелось, не хотелось и слушать. А Важный и не в курсе всего этого… может, и услышал, что, когда Орий выбегал и когда относили Косточку, но лишь обрывки. Лежит и гадает, наверное. Вот бы сходить, рассказать.

Олдер привстал, хотел было вылезти из-за стола, но тут активизировались разговоры.

- Надо его семье письмо написать…

- Решить ещё, как самим быть…

- Сына, вроде, не возвращали на острова… может, и его можно будет… рядом?

- Новобранцам надо как-то сообщить…

Все говорили, но будто не слушали ответов. Теперь каждому хотелось выговориться, найти причину, за что-то зацепиться.

- Давайте по порядку, - достаточно громко произнёс Ранний (ясно же, что всё решать ему), снова растирая закрытые глаза, - мне ещё сидеть бумаги перебирать. За сколько обычно нового присылают? День – два? К утру надо со всем разобраться. Значит, - он всех осмотрел, - как и говорили: новеньких поделить по десять, но так, чтобы в каждой группе были и «бывалые». Тренировать как надо. Устроить дежурство на кухне, уборке и что там ещё называли. «Воспитателей» тоже сами выберите, - он начал вставать из-за стола, - и этим троим тоже найдите занятия потяжелее. Пусть мышцы наращивают. Орий, пойдём, поможешь.

- Разрешите? – Олдер всё же вырвался тихонько сообщить информацию, - там один, мы его знаем.

- Кого? – Ранний наклонил голову, нахмурился.

- Ну, из этих, которые внизу сидели.

- Да кого именно? – мужчина как-то нервно переспросил.

- С самым вытянутым лицом, - первое сравнение, которое пришло в голову, - его Лахаром зовут.

- Давай потом, - он всё же прошёл дальше к лазарету, - пока не разговаривайте с ним.

Ранний с Орием забрали тело командира. Видимо, понесли в ту коморку с обратной стороны холма. В это время Ап, Олдер и Бертар прошли к Важному.

Он уже сидел на самом краю кровати, с явным желанием самому увидеть и понять – что вообще происходит.

7 глава. 7 часть.

- Косточка умер, - еле выдавив слова, произнёс Бертар.

- В смысле? – Важный явно догадывался и до этого, но не хотел принимать.

- Он просто сидел… и всё.

- На ровном месте, - будто для себя добавил Ап.

И снова полная тишина. С большой комнаты доносятся отголоски разговоров. Старшие решают, как быть. А ребятам нечего решать, им бы просто принять новую реальность.

- Мы Лахара видели, - как бы пытаясь отвлечься, припоминает тот же Ап, - только я не совсем понял, почему его под землёй держали.

- Он с первой сбежал, - поясняет Бертар, - и так очевидно.

- Так теперь с нами будет служить?

- Не думаю, что это можно назвать службой…

Олдер и Важный ничего не говорят, лишь переглядываются. Ясное дело, что новый командир, каким бы он ни был, едва ли будет разбираться с проблемами Чуши. Да и вообще теперь ничего не ясно.

- Лахар, наверное, много чего интересного рассказать может, - продолжает размышлять Ап.

- Нельзя ему, ох, и наивный же ты! – продолжает удивляться Бертар, - больше интересно, какую биографию себе придумает…

- Так много новостей, - наконец, будто озвучивая свои мысли, говорит Важный, - и всё мимо меня проходит. Командиров, вроде на острова отправляют?

- Может, и тебя с ним? – переключается на новую тему Ап.

- Ну, звучит как-то не очень, - морщится тот.

Олдеру неприятно. Очень неприятно. Как они могут вести такую спокойную беседу? Когда Важный потерял ноги, они и то больше уважения выражали. А тут и полдня не прошло, причём не от ранения, а от смерти! И не кого-то чужого – командира! И больше его не будет, больше не увидят… врезать бы сейчас каждому, да только Бертару это тогда не помогло особо. Сейчас тем более не поймут.

Вышел за ширму, прошёлся по лазарету. Спине всё также неудобно двигаться, отдаёт в ногу. Но если не наступать на пятку особо, то нормально.

В большой комнате сейчас решают, кто лучше подходит на роль «няньки». Ну, им можно, им спешить надо. А эти? Вот койка Косточки, помятая, неровная. Рядом пустой стол… открыл верхний ящик, откуда в первую встречу мужчина достал листок с клятвой. Много мелких бумажек валяется, карандашей, очки, сигареты, всякий мусор. У самой стенки пара знакомых бархатных коробочек, но совсем старых, потёртых. Достал, открыл. Пустые. Убрал обратно, задвинул ящик. Осмотрелся. Вроде и окон нету, а светло – не замечал раньше этого. Под потолком пластины вставлены, это от них так. Вроде, в школе что-то такое проходили – как-то по-особому проводят с улицы трубы с линзами и тогда солнечный свет попадает в помещение. Мудрено, интересно. Но такое только тут, в других комнатах обычные свечи. Хотя, может ещё в операционной? Ни разу там не был, надо заглянуть, пока никого нет.

Только дошёл до конца комнаты, как появился Ранний, прошёл к остальным ребятам, махнул и Олдеру вернуться.

- Так значит, вы там знаете одно? – мужчина был немного запыхавшийся и всё так же расстроен, - есть, что путного сказать?

- Хороший он, я его давно знаю, - первым заступается Ап.

- И на корабле неплохо себя показал, - подтверждает Бертар.

- Он много чего знает, интересного, - припоминает Важный.

- Вроде ничего злого не говорил, - надо же хоть что-то добавить Олдеру.

- В общем, ничего путного, - подводит итоги Ранний, - прям идеальный солдат, - смотрит на Чушь, тяжело вздыхает, обращается к стоящим, - я запрещаю вам с ним разговаривать. Те двое и подходить не будут лишний раз, а вот раз знакомы… нельзя. Пусть в начале покажет себя, а там посмотрим.

- Это первые такие тут? – интересуется Важный, - по любому же и раньше ловили.

- При мне их не оставляли, - на удивление содержательно отвечает мужчина, - была пара, уже освоившихся, когда я только пришёл. А после – ни разу. Не получалось никак… риск слишком большой. А с этим вашим – ещё больше. Но он бы их не бросил, - замолчал, развернулся и быстро ушёл.

- Я слышал, что они с островов знакомы были, - задумчиво произнёс Бертар, когда тот уже покинул лазарет, - то ли с одной школы, то ли с одной улицы…

- Грустно это, - Важный улёгся удобнее, - вообще день страшный.

- А я уже так много придумал, что хотел рассказать Лахару, - Ап как-то притих.

- Вы же с ним друзья были, - очнулся Олдер, - с детства! Может, надо было рассказать?

- Я же сказал, что давно его знаю.

- Давно – это понятие растяжимое, да и он сам много чего за дружбу нам втирал, пока сюда плыли, - Бертар подхватил мысль, - точно, что сказать надо.

- Ну ладно, - Ап пожал плечами, - только не пойму, как это поможет…

***

Ребята нашли Раннего в кабинете командира – тот перебирал вываленные на стол бумаги. Но рассказывать остались только Бертар и Ап – Олдера по новой начал накрывать сон – как бы там ни было, а ночью дозор.

Быстро прошёл мимо бывших пленных – они сидели около холма, всё ещё ожидая первых приказов. Смотрели куда-то в сторону, когда Олдер вышел. А потом он уже спиной к ним был – может, Лахар и не узнал. Хотя, какая разница?

Спустился в блиндаж с койками – идеальный порядок (если не заглядывать под кровати), даже запаха привычного нет. За стенками со всех сторон шум – новобранцы копошатся, стараются. Им, наверное, ещё не доложили. Святое неведение. Разделся, улёгся. А уснуть не получается. Слишком много мыслей, слишком много событий, слишком устал от всего. Долго ворочался, а уже давно за полдень, скоро вечер, потом закат, «дежурство». Ещё и вспомнил, что письмо так и не написал, а завтра утром – крайний срок, потом их отправляют. Надо будет успеть. Как-то, всё же, отключился.

Биография четвёртая - полная. Солдат. Глава 7 (4/6)

Pterodactyl — Mon, 24 Oct 2022 16:02:35 GMT

7 глава. 5 часть.

Подъехали к тому же песчаному пляжу. Оставив Чушь, двинулись к знакомой площади.

На этот раз людей было как-то меньше, временами даже видно дома на противоположной стороне. Не удивительно – базар потихоньку закрывался. Около фонтана сегодня выставлена высокая деревянная перекладина с петлями-верёвками для повешения. Там уже колыхалось пара тел. Ребята почти успели скупиться, прежде чем окружающие загудели, заулюлюкали где-то в конце улицы. И снова новая порция пленных. Их каждый день, что ли, ловят? На этот раз много мужчин и женщин, целая толпа.

Судя по выкрикам, это были не военные, а предатели, воры и прочие «павшие». Все разного возраста – совсем молодые, кто постарше и даже старики. Да и состояние в большинстве своём рознилось: кто почти не отличался от обычных граждан, а кто выглядел похуже тех двух мужчин до этого. Есть пара обритых наголо женщин, одна идёт почти голая – в коротком мешке вместо платья. Плачут, взывают о милости, падают на колени. Жалкое зрелище.

- Ты куда это? – обращается Бертар к отдаляющемуся Апу.

- Мне прошлого раза хватило, сами любуйтесь, - отвечает тот, - буду ждать с Важным на берегу.

- Ладно, - достаёт из кармана список, - осталось всего – ничего, так что мы сами.

Пленные идут сейчас змейкой среди толпы, один за одним. Особенно громко шумят и просят о прощении первые, увидевшие их конечную точку прибытия. Странно, свободных петель всего шесть, а человек десятка три как минимум. О, вот и телеги для тел… Интересно, как с теми двумя «певцами» поступили? Ведь этой конструкции здесь не было.

Тут Одера привлекло что-то в приближавшейся персоне. Дёрнул за рукав товарища. Это была Делита. В совсем помятом, незнакомом платье, но с узнаваемыми чертами лица, она шла молча, опустив голову. Её лоб был вымазан чем-то черным. Совсем скоро там стало различимо косое клеймо… «Трофейная».

Олдер взглянул на Бертара. Тот смотрел серьёзно, не моргая. Казалось, что он очень зол. Но как только она прошла мимо, парень тут же отвернулся и удалился прочь. Его друг последовал следом.

- Хорошо, что ты не успел ей ничего такого сказать важного, верно?

- Кому – ей? Ты о ком? – да, Бертар был явно зол. Но держался, как мог, - хоть слово кому-то скажи! В миг… - он пригрозил кулаком и тут же осёкся.

Олдер ничего не ответил. Сам не ожидал такого поворота.

- Делита! - раздался мужской крик откуда-то со стороны, - что же вы творите? Совсем обезумели!

Ребята вернулись, выглянули на центр площади.

Это был дряхлый старик, сутулый, с широко расставленными руками. Он кинулся к пленнице, принялся что-то пояснять конвоирам. Девушка выглядела отрешённой, даже сейчас, когда неминуемая участь, похоже, миновала.

Откуда-то появился платок, накрыли ей голову и лоб. Повели в сторону, меж домов, но также в сопровождении пары военных.

- Ошиблись? – удивился Олдер.

Бертар же так и молчал.

- Хорошо, что она нас не заметила, - добавил парень.

***

- Ну, кого на этот раз видели? - Важный сидел в телеге, облокотившись на край руками, - а то Ап сказал, что там какие-то страсти...

- Ничего особенного, - Бертар махнул рукой, - в тот раз было интереснее. Давай, Рика, показывай, какого оно - верхом!

- А как же остров? - удивился Ап, - а то потом не успеешь обсохнуть...

- Нашёл её дом, возле площади как раз, - соврал тот, - больше не нужно плавать.

Важный прищурено посмотрел на Бертара, но ничего не ответил.

Отстегнули от упряжи лошадь. Эта вела себя намного беспокойнее прошлой - двигалась резче, выше поднимала ноги, вырывала из рук узду.

- Что-то она нервная какая-то, - Олдер начал жалеть о том, что согласился, - та поспокойнее была.

- Не боись, я крепко держу, - произнёс Бертар, хотя выглядело это совсем не так. И как будто это не он старший сейчас, как будто ничего плохого не может случиться.

Подвели поближе к телеге, хотя, наверное, запрыгнуть с земли выглядело бы эффектнее.

Когда Олдер уже успел закинуть ногу через спину животного - она начала резко брыкаться, высоко задирая задние конечности. Парень съехал ей на шею. Стало страшно. Больно ударился о борт повозки, кажется, немного стесав кожу. Но Бертар и вправду хорошо её держал, резко потянув вниз. Вот только лошади, судя по всему, это не понравилась, и она начала тянуться к его рукам, чтобы укусить, параллельно продолжая брыкаться.

В итоге вырвалась, начала скакать вокруг своей оси. Олдер достаточно сильно сомкнул руки на её гриве, но это всё меньше помогало держаться. Плохая оказалась идея, не иначе. Тут-то и пришли в голову мимолётные слова Валия, обращённые к другому возничему - "седлали ли её?".

Кто бы мог подумать, что это важно?

Всё-таки, просто слетел в сторону. Ударился в начале пяткой, потом копчиком и в конце затылком. Животное уже было не над ним, когда, наконец, понял, что случилось. Стало очень больно. Ударенные места расходились по телу непереносимым жаром, каким-то одновременным онемением и усиленной чувствительностью. В ушах звенело.

Бертар погнался за животным, быстро уносившимся вдаль. Рядом с лежавшим присел Ап.

- Живой, не? - взволнованно произнёс он.

Олдер не ответил, как-то сложно это казалось, невыполнимо. Голова кружилась, даже в горизонтальном положении. В глазах пульсировало.

Не сразу, но всё же удалось сесть, в спине стрельнуло, лёг обратно.

- Мне, конечно, частенько скучно бывает в лазарете, но я как-то не планировал обзаводиться сокамерником, - пытаясь пошутить, произнёс Важный, - причём тем же самым, что и на корабле. Никакого разнообразия!

Вернулся Бертар, без лошади:

- Вообще в поле ускакала, - он был очень зол, - наездник великий! - замолчал, увидев состояние товарища, - ты чего?

- Нормально, сейчас, - Олдер снова попытался поднять голову, но теперь в груди появились странные дребезжания в области сердца. В глазах потемнело, - не сейчас... ещё чуть-чуть.

- Покатался, ага, - Бертар постоял какое-то время рядом, отошёл в сторону, - я к конюшне, - произнёс он.

- Может, ему врач нужен? - крикнул Важный.

- Не, нормально, - Олдер поднял высоко руку, помахал нею, - вроде нормально.

- Что-то болит? - Ап был обеспокоен больше других.

- Не так, чтобы очень, - снова попытался подняться, сесть. На этот раз получилось, - спина, как-то не так, - медленно выровнял её, - мне кажется, могло быть и хуже, - активно проморгал глазами.

Вновь появился Бертар, подозвал Апа. Поспешили вдвоём обратно, к конюшням.

- Ага, прекрасно, - будто в пустоту произнёс Чушь, - а мне что прикажете с ним делать?

Олдер попытался встать, но голова закружилась, сильно стрельнуло в ногу. Снова сел.

- Сиди ты уже, - крикнул тот, - а то ещё навернёшься.

- Хорошо, - парень снова лёг, - ты прав.

Стало приятно. Не телу, а где-то внутри. Небо сегодня казалось невероятно голубым, кое-где медленно проплывали сильно размытые облака. Красиво, но дома не так. Там оттенок другой, немного фиолетовый, а здесь – такой… голубой.

Ребята вернулись спустя достаточно долгое время, вели под узду другую лошадь.

- Не поймали? - спросил возничий.

- Поймали, но не мы, - Ап расстроено поглядывал на Бертара, - пришлось дать немного денег за потраченное время конюхов...

- Зато эта хоть спокойная, - Олдер снова поднял голову, - заметно, - опять лёг, закрыл глаза.

Животное сразу пристегнули.

- Может, ему в госпиталь надо? – где-то над головой произнёс Ап.

- Не надо, - отчеканил Рика, - лучше ложись рядом. И молчи, - голова начинала гудеть от малейшего шума.

Бертар достал из-за пазухи свои бумажки, начал ними шелестеть. Олдер открыл глаза, стал наблюдать за процессом – его приятель активно что-то искал.

- Я скоро вернусь, - произнёс он, убирая всё обратно, - а, и вот расписка, - передал Важному один из листов. Пошёл в сторону города.

- Интересно, она нам хоть раз пригодится? – парень принялся её изучать.

- Ну, Валию же тогда пригодилась, - припомнил Ап, - когда мы на первую ехали, забыл?

- А если бы её не было? Забрали и повели в самое жаркое место? Дела наши ведь им тоже нужны!

- Может, - Олдер подал голос, - там это не важно? Главное, что ещё одни руки.

- В таком случае, будь я тем злобным командиром, просто порвал и выкинул эту писульку! Делов-то! – подытожил Важный.

- Значит, не настолько он злобный, каким ты его представляешь, - парень, снова начал пытаться сесть, - может, только делает вид, что злой. А на деле – хороший.

- По его солдатам этого не скажешь, Ап, придержи его!

Тот быстро поднялся, поспешил на помощь. Голова всё так же гудела, спине было больно двигаться, а вот на пятку просто невозможно наступать. Но в целом передвигаться оказалось куда реальнее, чем могло показаться на первый взгляд. Падение с лошади после ливня оказалось не таким пугающим. Но тогда и ситуация была другая, наверное, в этом причина.

- Обратите внимание, - Важного это явно забавляло, - среди нас только один остался, ещё ни разу не травмированный.

- Я просто осторожный, - возразил Ап.

- Надолго ли? – не унимался Чушь, - у тебя выбора просто нет!

***

Бертар вернулся достаточно скоро, совсем расстроенный. Кажется, даже плакал, судя по глазам. Принялся наводить порядки в телеге.

- Я тут вспомнил, - Олдер сейчас стоял, опираясь на повозку, - Агар за храм какой-то говорил. Может, сходим?

- Здесь даже такое есть? – Ап округлил глаза, - а не накажут?

- Ты на ногах еле стоишь, какой храм? – Бертар укоризненно посмотрел на парня, - ещё и тебя тягать я не собираюсь, - резко умолк, взглянув на Важного.

- Просто поговаривают, что тот остров вроде как проклят, и нужно искупиться, и тогда всё наладится, - будто оправдываясь, произнёс Олдер.

- Вот тебе речка, иди искупайся, - тот махнул рукой, - и что-то я не помню, чтобы ты в проклятия верил!

- Да просто слишком много всякого происходит…

- Потому что война происходит! – Бертар бросил сумку, повысил голос, - хочешь в храм? Иди в храм, но как только солнце приблизится к закату – мы тронемся.

- Перехотелось, - Олдер оторвал руки от телеги, уселся рядом на землю.

Задумался о своём состоянии. Если Косточка заметит, то спросит. А отвечать что? По любому же заметит. Говорить правду? Придётся. Глупо, конечно, но голова сейчас не в состоянии придумать что-то получше.

Потянуло дымом – Бертар, видимо, опять закурил. Может, и Важный с ним? М-да, меняются люди… а Ап ходит неподалёку, что-то в траве высматривает. Счастливейший из них.

Вначале вспомнил за рыбалку, и что опять удочек нет, а потом – что вечером же дозор! Надо спать, срочно. И как у него это постоянно из головы вылетает?

С трудом забрался в телегу. Да, Бертар и Важный уже докуривают. И как им эта гадость могла понравится? Умостился среди сумок с вещами – в этот раз потратили почти все выданные деньги. Пришлось многое утраченное возмещать. Задремал быстро. И совсем скоро почувствовал, что уже тронулись – провалился в сон ещё глубже.

Проснулся от пинка Апа. Заспанный, сел рядом, начал осматриваться ещё не открывшимися полностью глазами. Солнце едва коснулось горизонта, было достаточно светло. Им на встречу кто-то двигался, причём в большом количестве, судя по облаку пыли. Поэтому и разбудили. Мало ли что.

Приближаясь, это оказался целый караван из телег, груженных людьми человек по двадцать. В одних сидели заметно бывалые, серьёзные мужчины, в других – более молодые, а в-третьих – такие же, как они – практически дети.

Повозок было много, наверное, больше сотни. И все ехали молча, рассматривали встречных им ребят. Хотя, кое-где всё же вели беседы, но также прерывались, глядя на парней.

За одной из телег ехал Валий – поднял руку в приветствии. Важный повторил, заметно выровняв спину. Вскоре караван проехал полностью.

Вдали было видно, как некоторые свернули на позиции второй и сейчас ехали в сторону.

- Как будто сюда всех с острова вывезли, - Ап выглядел немного обеспокоенным.

- Мне больше интересно – на скольких кораблях они плыли, - Олдер представил всю эту армаду. Как к материку причаливает первый из них, в то время как от дома только-только отплывает последний. Может, и отец сидел среди этих? Надо было тщательнее всматриваться в лица. Хотя, отпуск ещё не должен закончиться.

***

Приблизились к холму с последними лучами солнца. Рядом стояли три пустые телеги. Но хотя бы вокруг людно – знакомые солдаты привычно занимались бытовыми делами, кто-то просто отдыхал, общались.

- Я схожу, узнаю, сидите пока, - Бертар спрыгнул, поспешил к командиру.

К ребятам приблизился Агар с голым торсом – верхняя часть формы в руках:

- О, сегодня вовремя, - заулыбался он, - справились?

- Можно и так сказать, - так же с улыбкой ответил Олдер.

Мигом вернулся Бертар:

- Отгоняй к дороге, - хмуро скомандовал он, - рано мы.

- Вот так всегда! – мужчина наигранно обиделся, - ну, как освободитесь – милости прошу. Сегодня должно быть интересно!

- Это не выглядит странно? – шёпотом спросил Ап.

- Больше, чем ты думаешь, - ответил Бертар, - но так сказали.

***

Вначале от холма отъехали те самые телеги, затем послышались шумные разговоры. Видимо, новеньких вывели из большой комнаты и повели спать. Где они, интересно, все там уместятся? Это же около шестидесяти душ выходит, раз транспорта три!

На дорогу вышел Косточка, собственной персоны. Помахал рукой и принялся ждать их приближения – запрыгнул почти на ходу:

- Давай к самому входу, сейчас выгрузим и ко мне, - произнёс он.

Так и сделали. Он всё поглядывал на Олдера, но вопросов не задавал. Вошли в кабинет следом за ним. Впервые тут темно. Командир прошёл, зажёг свечу. В это время Бертар усадил Важного на скамью. Ребята стали рядом. В дверь постучали – вошли двое, разведчики:

- Не опоздали? – облегчённо произнёс один из них, - здорово!

Важный заметно был рад их видеть, но в тоже время стеснён, да и совсем не понимал, что происходит. Как и Олдер, и Ап, и Бертар.

Косточка полез в стол, достал маленькую бархатную коробочку.

- Сегодня, наконец, привезли. Обычно всё не так происходит, - как-то виновато начал он, - тут остальные в курсе, но не все. Не каждый поймёт почему. Ты повёл себя храбро, - обратился к Чуши, смотря прямо в глаза, - и вот они – свидетели того поступка. Если бы не ты – не был бы обнаружен враг, двигающийся со стороны соседней заставы через «деревню», и мы бы не дали отпор вовремя. От высшего руководства прими эту награду в знак нашей признательности тебе, - он открыл короб и достал оттуда металлическую пластину с гравировкой – местный аналог медали. Подошёл, прикрепил к груди парня.

Важный всё это время сидел молча, чуть приоткрыв рот и совсем не двигаясь. Ничего не понимал. Медленно принялся рассматривать лица присутствующих, будто прося объяснить, что случилось. Но едва ли кто-то был в силах это сделать.

С улицы послышался шум. Атака? Не похоже.

- Сидите тут, - Косточка скомандовал, указав на четверых ребят.

Выбежал с разведчиками наружу.

- Вот это да, настоящая! - Ап восторженно принялся рассматривать награду, - не знал, что это ты тогда был!

- Ап, ты совсем? – Бертар заинтересованно выглядывал в открытый дверной проем, - или ещё не очень?

- Он же с нами тогда ехал, забыл? – Олдер закрыл двери.

- Тогда не понял, - Ап нахмурился.

- Зачем он это сделал? – Важный всё также был растерян, - это же неправда!

- Потому и не награждали при всех, - констатировал факт Бертар, - главное, что мы, да те двое подтвердить могут. А остальные…

- А если они узнают? – тот испугался, - зачем оно мне надо? – снял пластину, принялся её рассматривать, вдруг осенило, - это мой билет… домой.

Ребята резко на него обернулись.

- В смысле? – теперь не понял Бертар.

- Поэтому и держал при себе всё это время, - по щеке Важного скользнула слеза, но голос был всё таким же ровным, - чтобы дать мне шанс вернуться на острова. Но зачем?

- То есть, без неё домой не возвращаются? – тот скривился.

- Вспомни слова Валия о калеках – там, такие как я, не нужны!

- А тут ты вернёшься и начнёшь всем кругом рассказывать о своём великом подвиге и склонять молодёжь к фронту! – Олдер мило улыбнулся, - ты это умеешь – красиво излагать!

- Не хочу я врать! Так что я там не нужен, - Важный медленно закачал головой, - никому не нужен.

- У тебя же родители живы, - Бертар опять нахмурился, - оба. Им точно нужен!

Тот промолчал, снова уставился на медаль.

- Если откажешься, то всю жизнь так и будешь телеги возить, - кажется, Ап начал о чем-то догадываться.

- Да я уже, вроде как, смирился, - парень совсем ссутулился, - но едва ли буду долго заниматься этим именно здесь. Не каждый же раз при появлении кого-то сверху мне смогут выделять транспорт. Это так, временная мера…

- Он, наверное, уже и о корабле договорился, - спустя долгое всеобщее молчание, произнёс Бертар, - ты не сможешь отказаться.

- Может, как раз на этих, что привезли новых, поплывёшь, - предположил Олдер.

- То есть, - Важный только сейчас поднял глаза, - мы прощаемся?

- Тогда хорошо, что так, - Сани был как никогда серьёзен, - а не у могилы.

Чушь не выдержал – заплакал. Все кинулись его обнимать. Замерли в такой позе.

Некстати вернулся Косточка:

- Это как понимать? – как-то легко спросил он.

- Вы его отправляете на острова? – вытирая глаза, первым пришёл в себя Бертар.

- Если получится, - произнёс мужчина, проходя к столу, обратился к Олдеру, - где ты уже навернуться успел?

- Ехал стоя, упал с телеги, - вышло совсем неуверенно, но может, спишет на ситуацию?

- А зачем встал?

- Показалось, что ещё кто-то в кустах засел, - а вот это прямо хорошо придумалось!

- Кстати о кустиках, - Косточка сел за стол, - хорошо сработали, молодцы. Но больше так не делайте. Непонятно, почему этот малой не закричал, когда вы его поймали. И почему вообще один сидел. Там отряд буквально в соседнем лесочке был. Точно не убежали бы. В таких ситуация работаем чётко по уставу – вначале докладываем ближайшей заставе и ждём от них дальнейших указаний. А с этим уже пусть руководство разбирается.

- Он сказал, что знает вас, - Бертар опять усмехнулся от этих слов.

Мужчина совсем не по-доброму на него взглянул, промолчал.

- Медаль ведь эта должна была достаться кому-то другому? – подал голос Важный.

- Так, - командир встал, - ты – наверх, остальные спать. И письма свои заберите, - придвинул вперёд, всё это время лежавшие на столе конверты, - с новенькими доставили.

***

Этой ночью Олдера клонило в сон с самого начала. Голова была будто каменная. Поддерживать диалог с Агаром не то, что не хотелось… не было желания даже слушать его.

Впрочем, как и не было сил стоять. Прочитать послание тоже нет возможности – слишком темно. В общем, вечер сплошных разочарований.

- Видел бы ты эти лица, - радостно рассказывал мужчина, будто не замечая состояния парня, - такие счастливые и любопытные! Не то, что вы… как вспомню эти ваши предрассветные разборки, - он засмеялся, - сплошное умиление!

- Такие же молодые? – надо же хоть из вежливости что-то спросить.

- В большей степени, - Агар громко выдохнул, - теперь придётся есть в два захода – все точно не уместятся. Завтра первым делом начнут, наверное, обустраивать всё как надо. Я заходил в блиндажи, - снова рассмеялся, - при мне так ещё не спали! Хорошо, что хоть они с приданным – тёплого много чего передали.

- Здесь никогда так людно не было?

- Ни разу! Они, наверное, решили, что два малых за одного взрослого сойдут…

Олдер не выдержал – присел на одеяло, принялся прощупывать пятку – может, сломал? Вроде болит, но целиком, нет определённой точки.

- Что вы там такого в городе делали? – мужчина, наконец, обратил внимание, - мало того, что поднялся никакой, так ещё и сидишь теперь.

- Ударился сильно, - почему-то сегодня откровенничать не хотелось, - стоять неудобно.

- Ну, так это командиру надо было докладывать, - Агар осмотрелся, закурил, - м-да, весело.

Какое-то время они молчали. Олдер всё же поднялся – днём отдохнёт нормально, наконец. Наверное.

- Я слышал, вы там кого-то поймали? – мужчина вернулся к разговорам.

- Да вообще мелкого, в кустах сидел, - пожал плечами парень, - опять повезло, не иначе.

- Это не вам повезло, а ему. Тут у нас нет особо сложного выбора – они нападают, мы отбиваемся. А вот скажи – если на тебя вдруг выбежит женщина, к тому же беременная? Ещё и голая! Поднимется рука? Или этот ребёнок? Хотя, ты и сам ещё малой. Они пытаются нас уничтожить, любыми способами. Но чем тогда мы хуже? Сиди на месте его взрослый и поймай его такой же – всё было бы проще в разы. Но вот окажись на вашем месте, я, например, - задумался бы лишний раз – а правильно ли поступаю. Хотя, со временем это всё притупляется, сейчас уже на такое не куплюсь, скорее всего. Понял, о чем говорю?

- Кто-то из наших мог бы его отпустить? – Олдер устало скривился, - очевидно же, что чужой.

- Не отпустить, но внимание бы рассеялось. Они порою так голову заговаривают, что и не поймёшь – сам решил, или это он подсказал. Но это те, кто ловят, рассказывают, от них слышал.

- Слишком много нюансов, - парень прошёлся руками по волосам ото лба к затылку, - надоело уже. Когда отпуск?

Агар засмеялся, но ничего не ответил.

- Там был бой, - продолжил Олдер, - где словили этого. А мы даже не знаем – выжил ли кто. Раз вы говорите, что те рядом сидели – значит, тоже прорвали и значит, там тоже никого теперь… старого.

- М-да, зачастили, - мужчина почесал подбородок, - но видишь, всё равно никто дальше пройти не может!

- Или об этом просто не говорят, - парень никак не мог выбраться из мрачных мыслей, - сейчас так много народа привезли… выходит, в ближайшее время подкрепления ждать неоткуда будет.

- Да тут хотя бы с этими разобраться! – засмеялся, - а тебе всё мало.

Биография четвёртая - полная. Солдат. Глава 7 (3/6)

Pterodactyl — Mon, 24 Oct 2022 16:01:45 GMT

***

- Забыл сказать, - произнёс Агар, едва на холме показался парень, - друзья твои пока там остались, с ранеными. А то неизвестно, как ещё за ночь ситуация изменится. Там, всё же безопаснее.

- Что теперь будет с Косточкой? С нами? – Олдер как будто заразился всеобщим унынием.

- Ууу, - затянул мужчина, заулыбался, - ты давай лучше без этого. Его ещё, может, наградят! – «вот говорит и сам не верит!» - за то, что личный состав уберёг.

- Ага, и нас вместе с ним… посмертно.

- Так, перестать! Сейчас же! Наше дело малое – выполнять приказы. Ну, пошлют на первую, ну чего мы там не видели, - засмеялся, обнял за плечо, - что-то ты какой-то весь замаранный…

- Потому что форма неподходящая, - Олдер начал себя разглядывать, - почему нам не выдают такую же, как у этих? Чтобы не видно было?

- Нашёл, у кого спросить такое, - Агар осмотрел свою, уже «более подходящую», - может, не умеют?

- А чего там уметь? Мне кажется, это не сложно.

- Ну, ты ведь не разведка, чтобы незаметным быть!

- А сегодня это бы помогло! Мне кажется, что для войны надо использовать не стандартную форму островов! Там это уместно, а тут – не очень.

- Видимо, наверху считают иначе.

- Да они там наверху совсем никак не считают! Как будто тут и не война вовсе…

- Что-то ты совсем расходился, - Агар наигранно нахмурился, - давай без этих мыслей вслух. А то ещё решишь, чего неладного.

- Просто обидно…

- Значит, ты чего-то не понимаешь, - усмехнулся тот, - поэтому не мы командуем, а нами.

- Может, поэтому и война до сих пор не кончилась?

- А может, поэтому она вот-вот кончится?

Разговаривать больше не захотелось. Убеждать бессмысленно.

***

Косточка уехал в город только с рассветом. И тут же на горизонте показались солдаты с первой. Шли не спеша – возвращались. Их командир всё так же на коне. Какой же неприятный тип! Ещё и очки нацепил, будто умник какой. Олдер ночью, видимо, их не разглядел.

Подошли к лагерю, Ранний их встретил.

- А командир где? – начал тот издалека.

- Вызвали, я за него, - помощник держался на удивление дерзко.

- Ну, тогда передай, что мы из-за вас семерых потеряли, - подъехал ближе, - будет должен.

Они двинулись дальше, на свою первую. Пока проходили мимо – дозорные молча любовались. Тут нет молодёжи, все взрослые. Ступают уверенно, даже те, кто заметно ранен. Всего пара носилок, но и они едут молча. Гордятся, что справились.

Выходит, нашли прорвавшихся? Всех поймали? А солдат идёт много, на много больше их заставы. Мы бы семью убитыми не обошлись. Это же половина из нынешних! Этот командир неприятный, очень неприятный, раз такого не понимает.

Ранний поднимается на холм, закуривает:

- Никто так ночью и не прилёг, всё ждали, что нового прикажут. Так что как устанете – позовёте. Я тогда найду, кем заменить. Но лучше не уставайте, - тоже какой-то не такой как обычно. Ушёл.

Агар ничего на это не ответил. Может, самому предложить по очереди? А толку? Одно одеяло под Сезоном лежит, не забрали, а второе тут, но целиком промокшее – и прилечь некуда. Да и вчера же спали, сил должно как минимум до вечера хватить. Кстати:

- Я ещё ни разу не видел, как тут наших хоронили…

- А чего там смотреть?

- Ну, то есть я и тел, - «жуткое слово», - раньше не видел.

- Значит, везло просто, - Агар потёр глаза, активно заморгал, - сегодня, может, заберут их.

- А мы в этом не участвуем?

- Не, раньше, когда много тут народу было, то сами и относили, а сейчас некому. Долго это.

- Когда в штабе убирался, то видел карты – отсюда же недалеко кладбище.

- Не знаю я, что ты там видел, - он улыбнулся, цокнул, - но до ближайшего полдня пути. Если для тебя это близко, то вперёд.

- Наверное, я с масштабом не разобрался, - Олдер задумался, - но выглядело совсем рядом.

- А, ты за то кладбище? – он показал как раз через дорогу, - то старое совсем, довоенное. Не наше, в общем. Так, местный ориентир.

- Я ночью хотел туда идти, думал, вы там окажетесь.

- А я, кстати, о тебе вспоминал, когда мы уходили, - мужчина засмеялся, - так и представлял, как ты приходишь, а нас нет. Но скорее волновался – мог же и на чужих нарваться.

- Ну, я к этому был близок, - тоже заулыбался в ответ, - но пронесло.

- Постарайся и дальше быть таким везучим! – взлохматил парню волосы, о чем-то задумался.

- Говорили же, что лошади – это дефицит, - Олдер нашёл новую тему для разговора, провожая взглядом шедших к горизонту, - а он, выходит, просто так пользуется?

- Это, скорее всего, его собственная, - мужчина пожал плечами, - или купил, или сам же её и нашёл. Таких очень мало, но сразу показывает статус, - поднял высоко брови, закатил глаза, - а может и отобрал у кого из подчинённых. Им эти животные ни к чему, а ему видно дальше.

- Так может нам тоже, пойти поискать?

- Здесь не водятся, - Агар заулыбался, - а где водятся – нас не пошлют.

- Несправедливо…

- А на что она тебе? Уход постоянный, да кормёжка.

- Ну не знаю, - в голове всплыло вчерашнее ощущение верхом, - здорово это! И полезно, когда надо срочно сообщение доставить. Вчера пришлось…

- Это кто же тебе такую милость предоставил? – весело удивился тот, - точно повезло, не иначе.

- Мёртвых везли, - вспомнил парень, посерьёзнел, - мне, может, и повезло, а вот им…

- И им тоже! Не придётся видеть больше всё это безобразие! – Агар подвёл черту.

7 глава. 4 часть.

Командир вернулся после обеда, сам пригнал телегу. Вроде, не сильно расстроенный. Похоже, сумел убедить, что его решение было оправданно. Но какой ценой?

Вернулись ребята с «деревни». Снова всё зажило привычной жизнью. Только дневных дозорных нет. Судя по статистике, которую наблюдает Олдер, выходит, это самая опасная работа тут. А Бертар как-то по-другому выражался. Вот, кстати, и он с Апом – сменщики на сегодня. Надо успеть выспаться до заката.

- Завтра с рассветом опять поедете, - произносит Косточка, закуривая у холма, - почти всю провизию забрали, а что не забрали – то попортили. И личные вещи много у кого пропали…

Да, Олдера не обошла эта участь. Некоторые хоть что-то своё догадались взять, а ему не до этого было. Но ничего такого особо ценного и нет. Разве только письмо от родителей нашёл помятым и немного влажным за койкой. Вещмешок порвали, немногочисленная одежда – просто вывалена на сырой пол, а вот зимняя форма пропала. Ложку с вилкой забрали, но ирония в том, что он ними так ни разу и не воспользовался – на кухне были свои, деревянные, на всех. А эти просто валялись. Жалко. В остальном ничего особого, обойдётся.

Наверное, впервые постирал одежду перед сном. Снова стала жёлто-белой. Почти. Грязь кое-где так и не отошла. Особенно там, где падал на траву. Надо будет и в других местах повторить.

***

- Сегодня слышал, что завтра должны, наконец, с кораблей партию доставить, - Агар глубоко зевнул, потягиваясь, - детский лагерь «Солнышко» будет, не иначе.

- А вдруг не таких, как мы, а старше привезут? Это же всё ещё обучение, вроде. А сюда настоящие солдаты нужны.

- Ты себя недооцениваешь, - мужчина усмехнулся, - то, что вас берегут здесь – вовсе не значит, что берегут везде.

- То есть, только Косточке есть дело до молодых? – удивился парень.

- Нет, конечно, просто ситуация везде разная. И люди тоже.

- Значит, есть похуже нашего положения? - Олдер усмехнулся в ответ, - с трудом верится.

- Дааа, - затянул Агар, - сейчас и вправду кажется, что у нас печальнее всего. Но вот возьми ту же заставу у леса. Все новые, ни одного «старика». И, наверное, мало кто знаком друг с дружкой… а коллектив – это уже половина победы! – с умным видом задрал палец вверх.

- Тогда страшно представить, что нас ждёт завтра, - в голове начали всплывать ссоры между ним и остальными ребятами. А теперь таких вот станет ещё больше.

- Посмотрим, посмотрим, - мужчина задумался о чем-то своём.

Было тихо и заметно похолодало. Наверное, совсем скоро ударят первые заморозки. Но утепляться пока не хотелось. Может, к утру одеяло накинет, как раз новые принесли. Из блиндажа вышел Ап, немного шаткой походкой направился к холму, постоял у входа. Принялся подниматься наверх.

- Чего это тебе не спится? – удивился Агар, усмехнулся.

- Да что-то перехотелось, - тот сильно поёжился, - там внизу совсем неуютно!

- Ааа, - затянул мужчина, посмеиваясь, - ваше высочество привычно к перинам и балдахинам?

- Балда… что? – переспросил парень.

- Шторы, на кровати.

- В общем, сон мне приснился. Страшно реалистичный, - Ап не выдержал, принялся осматриваться, - будто на нас просто море врагов выбежало, но не оттуда, - он указал на зарево, - а с дороги. И мы все мечемся между ними, и бежать, куда не знаем, потому что и с первой на нас тоже бегут и между собой сражаются. А я понимаю, что один остался, что все остальные уже лежат и те прямо на меня бегут!

- Красивое, должно быть зрелище, - Агар понимающе закивал, полез за сигаретой.

- Как проснулся, - парень потёр глаз рукой, - как представил, что это правда… лучше уж тут, видеть.

- И долго ты так собрался… видеть?

- Чтобы уснуть, упасть и разбить голову, - припоминая, вставил Олдер.

Ап задумался:

- Здесь хоть вы есть, а там все спят.

- Ну, если хочешь, то ложись тут, - Агар засмеялся, - только мы мешать будем, разговаривать.

- Не хочу я спать, - парень сморщится.

- А чего ты хочешь? - мужчина стал серьёзнее, - сейчас погода отличная, как видишь, никого лишнего не подпустим. Так что иди и отдыхай, как следует. А то и вправду – вдруг бежать придётся, а ты спать на ходу надумаешь.

Ап немного постоял и всё же, согласившись, пошёл обратно.

- Ещё не хватало от командира получить за чьи-то кошмары, - начал причитать Агар, - тут ещё и не такие ситуации бывали! Не самое страшное приснилось…

- А что? – спросил Олдер.

- Что?

- Какие кошмары бывали?

- Тебе правда это интересно?

- Лучше быть готовым…

- Ты же у нас везучий! Вот и сымпровизируешь, если что. Нечего такое рассказывать. Вчерашнего мало было?

И то верно. Вскрывать старые раны, ворошить прошлое. Жуть, не иначе! Но любопытно…

***

И снова предрассветное утро, и снова тот же состав в телеге. И то же указание вернуться после заката.

- Опять на остров поплывёшь? – заранее интересуется Важный, так же сидя спиной к другим.

- Там после такого дождя вода совсем, наверное, ледяная, - ёжится Ап.

- А у меня есть выбор? – Бертар возмущается, но явно расстроен.

- Интересно, как она туда плавает? – Чушь так же не оборачивается.

- На лодке, ясное же дело, - удивляется тот.

- Ну, так может, стоило узнать, откуда именно? Туда бы и пришёл.

- Может и стоило, - снова этот раздражённый тон.

- Как ты так умудряешься? – судя по двигающимся плечам Важного, он смеётся, - на ровном месте себе проблемы находить?

Бертар проигнорировал вопрос, зашевелил губами – явно что-то недоброе сказать хотел.

- Быстро позавчера добежал? – обращается к Олдеру Ап.

- Ага, - он загадочно улыбнулся, - долетел!

- Прямо всю дорогу не останавливался? – неподдельный восторг, - я бы выдохся.

- Ты чего? Возничих встретил, они лошадь дали. Я как тот, вчерашний был!

- Кто вчерашний?

- А вы не видели? Всадник, командир с первой.

- То есть, прямо верхом? - теперь нынешний возничий, наконец, повернулся, - ничего себе, путёвочка!

- А я о чем? - на душе зародилась какая-то гордость, - выдели бы вы! Непередаваемые ощущения!

- Так может, это? - Бертар с ухмылкой кивает вперёд, - повторишь?

- А почему бы и нет! - соглашается парень, вставая, - и вы тоже попробуете...

- Дааа, особенно я, - затягивает Важный, но совсем тихо, почти неслышно.

Ап молчит, с недоверием поглядывая на животное.

- У речки попробуем, - Бертар как-то совсем злорадно засмеялся, - вдруг что, а мы и не скупились.

Проехав небольшие кусты, Важный неожиданно остановился. Подозвав Бертара, что-то шепнул ему на ухо. Парни испуганно переглянулись.

- В смысле ты её потерял? – стоявший крайне громко задал вопрос, обернулся на дорогу, - давно?

Важный виновато пожал плечами.

- Разворачивайся, поехали искать, - уселся обратно на место, как-то странно посмотрел на парней исподлобья. Он что-то произносил губами, но было не разобрать. Взглядом нашёл на дне телеги верёвку, неожиданно ей обрадовался, пальцем показал, чтобы Ап взял её.

- Вот дурень, совсем за карманами не следишь! – речь Бертара была всё такой же громкой, - «кусты», - наконец, удалось хоть что-то разобрать!.. Засада?! Или одиночник? Но ведь день же. А может – наши тренируются? Нашли место… но лучше перебдеть.

Стало страшно и в тоже время волнительно. Могли просто поехать дальше и на первой же заставе сообщить, тут не далеко. Но главный решил действовать. В теории каждый школьник знает как надо, но на практике… всё забывается, приходится по новой придумывать простые вещи. Вроде Бертар на пальцах дал понять – Олдер с Апом обходят с двух сторон, а он идёт напрямик. Сколько же их там может быть? Кусты относительно небольшие, если смотреть как бы, не на них, но человека три как раз могут поместиться. Вот оно, подъезжают.

Руки уже не опущены на колени – они в напряжении сжимают их, а ноги вот-вот разогнутся сами. В следующее мгновенье Бертар разворачивается для прыжка, Олдер следом. Но они уже опоздали – человек всё понял, выбрался из зарослей, чтобы пуститься прочь. Всего один и не такой взрослый – заметно по узким плечам и росту. Одежда чужая, но не солдатская, сшита из той же ткани. Бертар нагоняет быстро, валит на землю, усевшись сверху. Слышно не то стоны, не то всхлипы. Совсем ещё ребёнок… не старше десяти – двенадцати на вид. А где Ап? Олдер оборачивается.

Тот только сейчас прыгнул на землю.

- Ну, где вы? – возмущается Сани, пытаясь перехватить брыкающегося «пленника», - гляди, Ап, что-то он на тебя больно похож, - усмехнулся, наблюдая, как его товарищи принимаются вязать тому руки.

Он и вправду чем-то походил на Ружь – имел кудрявые волосы и такие же пухлые губы. Впрочем, на этом сходства заканчивались. Бедняга был сильно напуган и как-то странно поскуливал.

- Я случайно, это не я, - повторял он.

- Мычать будем или что полезное скажем? – Бертар был рад, ведя того к телеге, - повезло же тебе с нами! Так бы на месте удавили.

- Это теперь с ним в город ехать? – Ап задумался, идя позади всех обратно, - а там куда?

- Я думаю, надо вернуться, - предложил Олдер, вспомнив о других узниках, - пусть Косточка сам решает, что с ним делать.

- Я знаю Косточку! – выпалил пойманный, - и он меня! Мне поручено ждать тут, я свой!

- Да неужели? – засмеялся Бертар, сильнее перевязывая верёвку, - и чем докажешь? Только учти, мы всё равно не поверим.

- Вот там, за бугром, застава, только всех убили, - он сильно начал всхлипывать, - и папу тоже… - он снова заскулил, - а мне сказали ждать здесь.

- Олдер, Ап, сходите, посмотрите, - скомандовал главный, - и кого же тебе тогда ждать?

- Должны прийти ещё, другие!..

Ребята в это время уже пошли, продолжения не слышали.

- Если и вправду свой, то мне тогда вдвойне обидно! – больная тема, - какому-то ребёнку смогли найти подходящую ткань для маскировки, а нам ходить вот в этом!

- Что-то он сильно близко показал, - начал вслух рассуждать Ружь, игнорируя приятеля, - сколько карт я не перебирал, а все позиции на расстоянии от рокады были. Хотя, так далеко от нашего холма я не видел чертежей.

- Может, место удобнее всего оказалось, как у нас? – Олдер остановился, - например, для засады?

Взгляд скользнул вниз – до указанного бугра было ещё с десяток шагов, но уже тут заметна помятая трава. Местами что-то тёмное – кровь?

Поспешили вернуться, оглядываясь.

- Свой он, ага, - Бертар потирал одну из костяшек руки, - с теми, что позавчера прорвались бежал. А раз лично Косточку знаешь, то к нему и отправишься. Если поспешим туда-обратно, то успеем до обеда появиться в городе. Что там?

- Бой точно был, а вот дальше, - Олдер был обеспокоен, - вдруг нас там ещё кто поджидает?

- Начальник! – подозвал его Важный, - на пару слов.

Они тихо перебросились фразами.

- Грузим и поехали, - подытожил Бертар, - давайте активнее.

***

- Сколько же тебе лет? – рассуждал вслух Сани, - неужели таких козявок тоже берут?

- Да он, скорее, чей-то сын, за папу же что-то говорил, - предполагает Ап, - иначе у них положение ещё хуже нашего.

Телега шумела знатно – Важный спешил как мог. А вот пленник больше не проронил и слова, и даже не ныл. Он просто испуганно осматривался, явно пытаясь взглядом найти себе спасение.

- Ты прав – их всех убили, - Бертар смотрел прямо тому в глаза, - и твоего папу в том числе. Тебе неоткуда ждать помощи.

- А что, если, - Олдер обратился к парню на ухо, - это был ещё один прорыв? О котором из наших никто не знает?

- Ты, должно быть, голодный жутко? – он будто проигнорировал друга, - второй день ничего не ел. И спал, наверное, там же в кустах, - внимательно рассмотрел его волосы, одежду, руки, - м-да, чистый слишком. Родник рядом был? Успел с утра умыться?

Тот всё так же продолжал мотать головой по сторонам.

- Прекрати! – Бертар поднялся и со всего размаху ударил пленника по голове. Попал по уху, - соврал за отца, по глазам вижу! А вот я честно убить смогу за такое! – схватил того за грудки.

Олдер кинулся оттягивать напавшего, что удалось не сразу.

- Толку его держать? – он никак не мог успокоиться, - ничего нового не скажет, так я хоть счёт сравняю! А командиру и без этого доложим!

- Он же ещё ребёнок! – голос Апа снова зазвучал слишком высоко.

- А ты кто? – кажется, Бертара это, всё же, попустило, - он явно выполнял военные поручения, а значит, и спрашивать надо как с солдата! Тем более на вражеской территории.

- Вот командир пусть и спрашивает, - подытожил Олдер.

Уже подъезжая к холму, на пути возник Ранний:

- Вы чего вернулись? – лицо было немного обеспокоенным.

- Поймали тут одного, - Бертар спрыгнул с телеги, указал на связанного.

- Этого? Ну и нашли же…

- Разрешите обратиться сразу к Косточке, мы ведь в город спешим, - парень встал по стойке смирно, но уж как-то развязно.

- Ко мне обращайся, он занят, - мужчина приблизился к пятому, начал того рассматривать.

- Этот сказал, что командир его знает, - Бертар широко заулыбался, - но видно же, что врёт.

Пленник, кажется, снова собирался скулить, начал глубоко дышать:

- Он, наверное, забыл меня, а я помню!

- О, опять заговорил, - тот продолжил радоваться.

- Как тебя зовут? – Ранний стал совсем серьёзным, - мне ведь надо доложить.

- Он не вспомнит! А я помню!

- Хорошее имя, спускайся, - мужчина казался уж очень вежливым, - а вы езжайте, давайте, нечего время терять.

- Есть ещё кое-что, - Олдер тоже спрыгнул на землю, - кажется, там, где мы его поймали, тоже прорвали, этой ночью…

- Это он вам сказал?

- Сами догадались, - ответил за того Бертар.

Ранний натянуто улыбнулся одними губами, приказал убрать телегу с дороги, но подальше от холма:

- Сидите, ждите. Рика, со мной, держи этого, - он быстро направился прочь. Отойдя на приличное расстояние от ребят, снова обратился к парню, передав знакомые ключи, - веди его под дерево, и живо к остальным. Ждать меня.

Олдер так и поступил. Малой пару раз дёргался, пытался вырваться, но Бертар хорошо связал – такой узел только резать.

- Чего ты так волнуешься? – причитал ведущий, - раз знаешь командира, то тебе нечего бояться. Ну, а если не знаешь, то я тебе говорю – он хороший, лишний раз не тронет, - вот сказал и сам как-то засомневался.

Но пленник снова ничего не ответил, стали заметны слезы на щеках. Видимо, дошло, что спасения не будет.

- Глупые вы, материковые, - продолжил Олдер, - оделись бы, как мы, будто на парад, и за день нас захватили!

Подойдя к люку, привязал ребёнка к дереву и чуть было не поплатился – тот уж очень резво замахнулся ногой в сторону головы, когда парень полез к замку. Но повезло увернуться. Перевязал подальше, открыл, спустил. Всё как показывал Агар.

А ещё, обходя лагерь, сложно было не заметить несколько лошадей и пару телег, стоявших у самого входа. Теперь понятно, почему Ранний был не особо рад их возвращению – начальство прибыло, не иначе.

***

- Чего ты перед глазами мельтешишь? – Важный задумчиво следил за хождением Бертара туда-сюда, - на остров опоздать боишься? Привет от нас хоть передал в тот раз?

- А что, если за нами следили? – Ап выглянул из-за борта телеги, - а сейчас тихонько окружают?

- Или, когда мы будем туда ехать – нападут по пути? – заулыбался Олдер, - теперь одних вряд ли отправят. Или перенесут на завтра… что-то они долго.

- А есть что мы будем? – Бертар остановился, уставившись на парня, - поголодать денёк, конечно, можно, но не думаю, что у всех на это хватит сил.

- Так новенькие же приедут, а с ними, по идее, и провизия. Как с нами тогда.

- Сомнительно, - Важный покачал головой, - это же просто совпало так.

- Значит, пусть и сегодня так же совпадёт! – Ап зевнул и снова скрылся где-то на дне телеги.

От холма отъехало двое всадников, пронеслись мимо ребят и галопом пустились в Крайний.

- Вот я так же тогда летел! – Олдер широко заулыбался, но ребята никак на подобное уже не отреагировали.

Вновь появился Ранний:

- Езжайте, только быстро. И смените лошадь, - он отдал Бертару ещё пару бумаг.

Биография четвёртая - полная. Солдат. Глава 7 (2/6)

Pterodactyl — Mon, 24 Oct 2022 16:00:52 GMT

7 глава. 3 часть.

Сегодня сон был особенный. Невероятно приятный. Кругом бескрайнее поле густой, сочной травы и светит яркое солнце. Но Олдер смотри чётко под ноги и видит только их, идущих по этой самой траве. А в ней росы… утонуть можно! И так приятно ступать, смотреть, как капли сбиваются, двигаются, играют светом.

Проснулся от того, что ногам действительно мокро. Вначале не совсем понял, ещё и шум какой-то непонятный. А, это дождь бьёт и капает с щелей. И прямо на ноги. Поднял голову, сонно осмотрелся. Ну, заливать ещё не заливает, но если так и продолжит лить, то придётся качать – по лестнице начал течь ручеёк. Шторку кто-то открыл, видно улицу с её пасмурной погодой. Интересно, далеко ещё до дозора? Ну, раз не будят, то можно поваляться. Голова немного гудит, но должно вот-вот пройти. Ещё не приходилось стоять в ливень на холме. Туда же как-то подняться нужно. А если одиночник? Спускаться по скользкой траве, да ещё и бегом? Забавное, наверное, зрелище.

Кто-то подходит к блиндажу, слышно, как активно хлюпают по лужам, короткие разговоры. Олдер снова поднял голову. В проёме незнакомый мужчина. Смотрят друг на друга. Так, что-то не то. Форма не та! Резкий вдох, готовность кричать, но тот уже пустился прочь. Отложить шум!

- Агар! Агар! – громким шёпотом парень подлетел к койке старшего, - у нас посторонние! В лагере враги!

- Что? Где? – тот быстро встал, будто и не спал вовсе, - где? – повторил вопрос.

- Заглянул в чужой форме! Сюда!

- Так то может ребята, - он зевнул, заметно замедлившись, - с задания пришли?

- Нет, я же их в лицо знаю! Этот – чужой был! И я ещё голоса слышал! – Олдера начала охватывать паника, - он убежал куда-то…

Агар уже ничего не ответил, а молча встал и быстро направился к выходу. Выглянул, осмотрелся, задрал голову, заглядывая на крышу и вокруг. Поднялся по лестнице выше и вдруг резко наклонился:

- Беги в штаб! – скомандовал он и тут же ринулся куда-то в ливень.

Олдер мигом был уже наверху – поливает знатно. Когда-то, ещё дома, он с Бертаром плавали на Высокие водопады на соседний остров. Вот там, если стать под потоком, так же было. Только тут границ этому нет. Даже холм еле различим. Дверь закрыта снаружи приделанным наспех засовом. Изнутри не откроешь. Не вбежал, а просто вломился в большую комнату, где сидел весь состав, общаясь и отдыхая. Слава Богу, живы… Богу?!

- Там, - наверное, глаза выглядят немного ошалевшими, - посторонние! Чужие! Агар погнался.

Все притихли, резко обернулись к Косточке. Олдер только сейчас заметил его.

- Много? – мужчина быстро встал из-за стола, - спешно направился к выходу.

- Я видел только одного, но слышал разговор, - парень пропустил его вперёд, вытирая целиком намокшее лицо.

Командир махнул рукой, все спешно начали вставать, двигаться на выход.

- Проверь дозорных, - обратился к Раннему.

Олдер вышел последним и уже совсем никого не застал – все ринулись куда-то прямо, в серую стену дождя. Апа он не заметил, а вот Бертар последовал, как и большинство – вперёд.

Начал подниматься на холм, опасаясь самого страшного. И даже если так – не Ранний же будет в дозоре, придётся стоять. А земля скользкая, как тогда, возле Реки, и нет ни плаща, ни чего ещё укрыться от всей этой воды. Мешает, обволакивает, сбивает.

Шагал как будто специально – медленно и не спеша. Всё отдаляя тот страшный момент, который может случиться. А может, и нет. Уже вот-вот, всего шаг остался, а голосов не слышно. Должны же быть голоса! Может, и Раннего… того? И его сейчас тоже?..

Поднялся, осмотрелся, не опуская глаз. Отсюда же совсем ничего не видно! Даже как-то стало жалко себя. Обидно! И всё отводил глаза от того, кто рядом наклонился над чем-то… над кем-то! Это всё ещё кто-то… может, живой?

- Испугал, - Ранний резко дёрнулся, только сейчас заметив Олдера, - второго нет… - голос совсем спокойный, холодный и безразличный, - раз ты тут, то давай, вниз по спирали. Я за Орием.

Только сейчас глаза позволили взглянуть на лежащего. Сезон, ясно по волосам. А вот лица не видно, отвёрнуто в другую сторону. Стало как-то душно, в глазах начало плыть, но тут резкий толчок в грудь.

- Потом полюбуешься, - мужчина начал спускаться, - давай, активнее! Может, он ещё где дышит…

Шёл так же медленно, как и поднимался. Форма неприятно прилипает к коже. Опять с вечера её не снял, опять не подготовил к новому дозору. А теперь уже и не заметит никто. Остановился.

У подножия, но с другой стороны холма лежит второй. Лицом вниз, с задранными вверх руками. Прыгал, что ли? Наверное, побежал звать на помощь, но не туда, а может – туда было некуда, занято нападавшими? Почему же тогда они развернулись бежать? Видно же, что всего две койки с солдатами. Так же подошли – и будто никого и не было. А может, их спугнуло то, что Олдер проснулся? Побоялись, что поднимет шум раньше, чем они успеют до него добраться? Пустые догадки.

С поля никого не слышно. Может, там уже всех… того? На душе стало совсем грустно. Так же хорошо было! Столько надежд и всё в пустую! Поднялся Орий, с ним Ап. Наверное, сидел у Важного всё это время. Увидел Сезона и резко в кусты… слаб желудком, не иначе. Но дождь всё смоет.

- Тут он, - сквозь поток свой голос кажется таким тихим, таким неслышным, - внизу, с другой стороны.

Вроде поняли. Начали помогать спускать с холма. Вначале с трудом подложили одеяло, напитанное водой и от того невероятно тяжёлое само по себе. Олдер рассмотрел лицо. Бледное и морщины, будто стали ещё глубже. Рубашка красная, липкая, вязкая. Но если всё это отбросить, то можно решить, что человек просто спит. Очень-очень глубоко. Очень.

Тащить неудобно, скользко и совсем неприятно. Тяжелее, чем бревна… хотя, те были просто неподъёмными, а это… хочется просто отпустить. Оставить. Забыть. Орий гораздо сильнее ребят. Он держит со стороны головы сразу два конца одеяла и несёт выше них. И как-то ровнее держит, что ли. Ясно, что такой не первый. Привык.

Раньше не замечали этой дверки. Совсем небольшая, как раз с другой стороны холма, где тут же, рядом, лежит второй. Помещение внутри небольшое и не уходит вниз, как остальные. Стоит всего пара вытянутых столов в два яруса и всё. Уложили одного, затем тут же второго. Поспешили наружу.

Дождь немного ослаб, стало видно чуть дальше. Олдер с Апом вновь вернулись на холм и принялись вглядываться в бесконечную серость впереди. Тихо. Только капли шумят так, что всё заглушают. Наверное, это как-то связано. Появились силуэты. Сразу много, двигались не спеша, обратно к штабу. Все запыхавшиеся, мокрые, с заметно опущенными головами. Упустили. Не поймали.

Апу и ещё паре солдат Косточка приказал нести дозор, а Олдера, как свидетеля, усадили в большой комнате.

- Что видел? Что слышал? – командир лишь слегка загладил назад мокрые волосы, - давай всё как можно подробнее вспоминай.

- Проснулся не от них, а до этого, - начал свой рассказ парень, - услышал голоса…

- Сколько их было? – перебил кто-то.

- Я не…

- Трое, это кого я заметил, - подал голос Агар.

- О чем они говорили? – Косточка не отрывал взгляда от Олдера.

- Не расслышал, - он немного растерялся, какое-то отвратное чувство бесполезности, - фразы короткие и говорили спокойно.

- А этот, кого ты увидел?

- Он рукой о косяк облокотился, - ненужная деталь, - ну, форма их, тех. Меня заметил, я как раз голову поднял! – речь стала какой-то сбитой, - посмотрел, и я посмотрел, а потом он – прочь. А я к Агару сразу.

- Значит, ждать нападения, - командир задумался, осмотрел присутствующих, - давайте…

- Почему в дозоре всего только двое? – неожиданно выпалил Олдер, теперь он не отводил взгляда от Косточки. Появилось какое-то напряжение внутри, пришло осознание, что там, на холме, мог стоять он.

- Ты – в кабинет, - мужчина встал из-за стола, - остальным – готовиться.

***

- Быстро бегаешь? – командир спешно подошёл к столу, принялся что-то писать, - в начале до заставы, что слева, к командиру Мирну. А потом на дорогу и первой же телегой в Крайний. Там прямо по улице и вправо. Большое здание, не промахнёшься. Скажешь – срочно, прорвали. Прямо так и говори, что уже прорвали. Пока добежишь, скорее всего, так оно и будет… - он запечатал конверт, - одному опасно, но больше дать не могу. Тебе бы самому остаться, - внимательно посмотрел на парня, протянул письмо, - плащ накинь, чтобы не намочить.

***

Бежать к «соседям» было страшно. А вдруг и там уже всё? Или ещё хуже – сейчас и его тут же. На месте. Трава здесь густая, а воды, когда спускаешься в низину, почти до колен. И льёт, и льёт на голову. Может, уже пробежал давно? Но вот он, лесок. Роща. Глаза упорно ищут холм, как у них, но тут всё ровно.

- Кто, откуда и куда? – голос с дерева рядом, отдалённый, совсем отдалённый.

- От Косточки, срочно, - дышать тяжело, будто воду глотаешь, а не воздух, - прорвали!

Слышно спускающегося, хруст веток:

- Давно? Много? – мужчина совсем коротышка, ниже Олдера.

- Мне в Крайний надо, - будто не слыша вопросов, кричит тот, - срочно! Там вот-вот… нас мало! – перевёл дыхание, снова откуда-то силы, надо мчаться дальше.

Обратно, к дороге. Тот дозорный показал, где ближе она начинается – но двигаться приходится рядом – не так скользко. И впереди всё серо, ливень снова усилился. Как же тут выжить можно? В таком климате?

Всё-таки поскользнулся, упал. И прямо на грудь, еле успев подставив руки. Письмо у самого сердца, хоть бы не промокло. Но нет времени проверять. Или нет сил? Встал, осмотрелся. Бескрайнее поле, не иначе. Ничего не видно, совсем ничего. И никого. Неужели придётся так до самого города бежать? Тяжело вздохнул, пустился дальше, но уже трусцой. Кажется, Важный что-то там говорил за доставку срочных писем гонцом. Вот бы его сюда сейчас…

- «Так я же за лошадь говорил, телегу», - откуда-то всплыл его образ, - где же её взять, если нету? – произнёс вслух парень.

Вот, кажется, кто-то едет навстречу. Остановился, пусть сами приблизятся. Две телеги.

- Мне в Крайний, - еле-еле удаётся строить предложения, - срочно! К главным.

- А мы..., - возничий в капюшоне, оборачивается назад, видно, что растерян.

Второй начинает спускаться. Олдер делает несколько шагов к нему, невольно глаз скользит по телеге. Убитые. Хоронить везли, что ли. Неужели им не одним ещё люди нужны? Да и кто в такую погоду о мёртвых думает? Или…а мёртвые ли?

Парень нерешительно отступает назад. Что, если эти – уже не свои?

- Олдер? – это Валий, резкое облегчение, - что случилось?

- Те разведку к нам отправили, дозорных убили, нападать будут, - захотелось плакать, будто это и есть спасение, - мне в Крайний надо, срочно!

- Твою седлали? – знакомый тут же обратился к первому возничему.

Тот убедительно закивал, спустился, начал отстёгивать лошадь от упряжи.

- А ты, должно быть, и не сидел ни разу. Но так быстрее всего, - начал успокаивать Валий, - главное держись крепче.

Кобыла головой дёргает, всё назад поглядывает. Дома говорили, что они тут совсем дикие, всадников не принимают толком, возить отказываются. Брыкаются и кусаются. Но что делать, когда надо?

Помогли взобраться. Седла нет, но хоть уздечка на месте. А спина совсем скользкая, то на одну, то на другую сторону перетягивает. Ещё и ручьём вода стекает. Никогда не сидел на живом. Ощущение, что под тобой кто-то дышит, двигается… живёт! Не тяжёлый ли? Не сбросит ли?

- Ты лучше за гриву держись, вот тут, поближе, - даёт последние наставления Валий, - а то со шнурками вместе и слетишь. Ногами по бокам бьёшь, но не сильно – это чтобы быстрее шла. Остальное – как с телегой. Как справишься – заедешь на конюшню и всё расскажешь. Там разберутся. Мы тут будем, где-то, - он осмотрелся, понимая, что «где-то» - это именно тут.

А высоко-то как отсюда! Если падать, то точно разбиться можно. Животное не стоит на месте, всё копытами перебирает, не поймёт – что ей делать. Ногами вроде ударил, а она будто не чувствует, головой вертит. Может, не туда? Или не слушается? А, надо же голову не тянуть назад. И сильнее ударить. И развернуть в сторону дороги, а то сейчас в поле побежит. Слишком много движений, слишком мало времени. Вроде удалось разобраться, пустить её вперёд. А там – дорогу сама знает, верно?

Переходить на галоп было страшно. Несколько раз чуть не падал, но успевал выпрямиться. И не остановишь ведь – не бежит, а летит!

Дождь теперь бьёт прямо в лицо, глаза ничего не видят, кроме ресниц. Так и вправду быстрее, но ноги уже начали ныть от напряжения и постоянных ударов о спину лошади. Руки замёрзли и, кажется, что хватка их вот-вот ослабнет. Неудобно, жутко неудобно. Снова показалось, что непогода начала отступать. Стало видно немного дальше. Или просто глаза привыкли к постоянным ударам капель в лицо? Нет, и вправду утихает. Но тучи такие же серые впереди. Это ещё надолго.

Проскакал мимо нескольких телег. Такая себе участь. Вот и город, намного ближе, чем кажется на первый взгляд. Первый поворот направо? Надо замедлиться.

Пока искал рукой уздечку – снова начал соскальзывать. А она несётся, как от пожара. Да стой ты, остановись! Стало страшно. Может, спрыгнуть? Высоко. Схватиться за «шнурок» ещё страшнее – нужно же отпустить тогда гриву. И тут же упасть, разбиться. Поворот совсем близко. Этот? На улицах ни души. И целые реки вдоль дорог! Лошадь, наконец, сама замедлилась – стало тяжело месить высокую воду. Если спрыгнуть сейчас, то точно по колено будет. Такого на островах не бывает.

Нашёл здание. И вправду громадное. Попытался слезть, но вышло крайне коряво – плюхнулся прямо в воду. Ладно, не по колено, чуть ниже, но от того не легче.

- Срочно! Прорвали! – кричит в окошко проходной, будто внутри тоже дождь шумит, - у меня письмо! Передать, - достаёт, руки мокрые, непонятно – насколько оно повреждено, но текст должны разобрать.

Конверт забирают, быстро уносят куда-то вверх по лестнице. Наконец-то можно выдохнуть. Или нет? Ждать? Или мчаться обратно? Осмотрелся. Большой холл, стоит несколько лавочек. Сидят военные. Серьёзные лица, смотрят на вошедшего. А он, должно быть, выглядит совсем не очень – весь мокрый, взъерошенный, уставший.

Красивое здание. Наверное, похоже чем-то на госпиталь, о котором говорил Ап. Высокие потолки, резные вставки. Пол из камня и всё такое чистое.

- Ты чейный? – задаёт вопрос один из присутствовавших.

- От Косточки, - неуверенно отвечает парень.

- Это не рядом с ним было на днях? – обращается к другим.

Завязываются разговоры. Олдера, подошедшего, будто и не замечают:

- Хотят вторую первую там устроить?

- Вроде же перекинули помощь.

- Так, а потом у Реки прорвали, вернули часть обратно.

- У него хотя бы точка удобная…

Парень смотрит на них и не понимает. Как можно так спокойно стоять здесь? Там, снаружи, творится безумие, а им как будто и дела нет. Видно, что не простые они, не такие как он, и от того как-то мерзко на душе.

За окном темнее. Ещё и эта погода…

- Подойди, - как-то буднично обращается к Олдеру солдат с проходной, не на много старше его, - спрашивают, сколько вас осталось? В письме не указано.

- Я, - как молнией ударило, - «один?!», я не знаю. Меня послали, как только началось… - признался он.

- Ясно, жди тогда, - снова пошёл наверх. Но уже не так быстро, как с письмом.

Люди! Что с вами всеми не так?! Вы же стоите тут, здоровые, сильный! Вы можете в один миг переломить всё! Так почему же создаётся ощущение, что не среди своих стоит человек? И не скажешь ведь ничего.

Спустя бесконечно долгое время уже знакомое лицо спускается с лестницы:

- Первую только усилили, сейчас с неё и подтянутся напрямую к вам. Как всё утихнет – командира вызывают сюда, - он помедлил, - или кто там главный будет…

***

Вышел на улицу. Дождь почти закончился. Но теперь ещё и сумерки настали. А где лошадь?! Оставил же её просто стоять, и ни к чему не привязывал – спешил. Кинулся в одну сторону, затем в другую. Потоки воды на улицах заметно обмелели, но всё ещё сносят. Где же животное? Едва ли она сама домой пошла. Долго метался вокруг здания. Вдруг сама вышла из-за поворота. Повезло, не иначе. Валий говорил, что надо в конюшню после сообщения заехать. А это лишнее время. Вдруг он ещё чем помочь своим сможет? Так. А как на неё самому теперь залезть?

Нашёл лавочку, сел верхом. А сейчас уже ничего – не страшно. Даже приятно смотреть вот так – свысока. И за гриву можно не держаться. Хотя нет, не можно.

Обратно двигался заметно увереннее. И, может, от того упал. Кобыла споткнулась уже далеко за городом, согнула передние ноги и Олдер полетел вперёд, через голову. Лицом прямо в грязь. Но не больно. И дождь, как на зло, прекратился. Пришлось искать траву погуще, чтобы хоть как-то вытереться.

Ну и как теперь сесть обратно? Ни пенька, ни лавочки. А время поджимает. Спешит. Попытался с прыжка, да роста маловато. Прошёлся немного, держа под узду. Попробовал ещё. Ноги совсем не слушаются – устали. А если на руках подтянуться? Гриве не будет больно? Попробовал, вроде не брыкается, нормально. Забрался с первого раза. Ура, можно ехать дальше.

***

- Так и до смерти животное загнать можно, - причитал Валий, пристёгивая лошадь обратно, - мало того, что по дождю гнал, так ещё и обратно пустил. Они хоть и выносливые, но беречь надо.

Поспешили дальше. Телега позади непривычно тарахтела, мешала. Олдер сидел рядом с мужчиной и изо всех сил подавлял в себе желание обернуться. Брезент, которыми накрыли тела, целиком промок и сейчас очень хорошо облегал. Это он заметил, когда забирался наверх. А сейчас они позади. Эти люди. А вдруг среди них есть кто-то живой? Страшно везти такое в одиночку.

- Это с первой? – наконец подал голос парень.

- Нет, - Валий всё ещё был заметно рассержен, но уже не так сильно, - оттуда не возят.

И точно. Совсем забыл, что Агар рассказывал. Всё-таки обернулся – человек восемь, не меньше. И в первой телеге, наверное, столько же.

- Этих домой везут, - продолжил возничий, - заслужили.

А вдруг среди них есть кто-то из его знакомых? Может, попросить посмотреть? А толку? Лучше не расстраиваться.

- Что сказали? Главные эти?

- Ждать подмогу. Если ещё осталось кому ждать, - Олдер вспомнил слова того солдата.

- Ты главное не расстраивайся раньше времени, - мужчина был на удивление спокоен, - может, и не напал никто.

- Но двоих-то они убили, зачем-то.

- Зачем-то, - повторил он.

- Что, если мы едем прямо к ним в руки? Если они уже и третью разгромили? Что, если они уже в порту? – начал накрывать страх.

- А может, уже к островам подплывают? – Валий будто передразнил, - ну и толку от этих мыслей? Ты лучше расскажи, что нового узнал за то время, что я тебя не видел.

- Ничего особенного, - Олдер поник.

- Прям совсем ничего? А делал тогда что?

- Не помню, - но подумав, всё же добавил, - позавчера ездили за провизией в Крайний.

- О, и чего интересного купили?

- Да ничего особенного, всякого понемножку…

До знакомого холма оставалось совсем чуть-чуть. Горизонт хоть и не был так чётко виден, но с ливнем это уже не сравнится. Ещё и стемнело знатно – самая пора для Олдера.

Внезапно первый возничий остановился, испуганно обернулся, начал спешно разворачиваться:

- Вон они, перебегают уже.

В который раз всё рухнуло? Пора бы уже привыкнуть. Силуэты плохо уловимы, но видно, как мелькают по светлой дороге. Десятки, если не больше. Да, не миллионная армия, но и своих – не сотни.

Валий тоже уже развернулся, а Олдер всё смотрел туда. Может, то не враги? Цвет формы плохо отличим. Хотя, зачем своим бежать в сторону кладбища? Нет.

Спрыгнул, попрощавшись с возничими, хоть они и были против. Уж лучше он сам, тихонько, посмотрит. Не могли всех убить, не могли. Косточка ведь знал, был готов!

Примерно прикинул, с какого расстояния он бы заметил с холма человека. Присел. Могли же оставить там кого. Как же понять? Только рисковать. Может, тогда не надо? О, возьмёт, и обойдёт холм и выйдет, будто отстал от остальных нападавших. В темноте же не видно особо. Но его форма ещё относительно новая, светлая сильно, хоть и впереди виден результат падения с лошади. Вздохнул, нашёл, где побольше грязи. Свежая… обвалялся, как мог. Принялся обходить по диаметру. А тишина стоит… хоть бы кто пискнул! И почему-то страх куда-то делся. Вот идёт, ну точно, что на верную смерть, а в голове мысли о сегодняшнем сне. Как по росе шёл. И как сейчас идёт. Трава жухлая, примятая, совсем не такая. И темно в придачу. А всё равно приятно. Вот сейчас дойдёт – и всё кончится. И не надо больше будет ни куда-то идти, ни что-то делать. Само собой всё разрешится.

Начались первые крыши блиндажей. На холм и взгляда не поднимает, не то, что головы. Остановился, снова прислушался. Тихо. Позаглядывал вниз – пусто, никого. Дверь в штаб нараспашку. Темно. Может, сидят, поджидают? Но надо спуститься, проверить. Начал возвращаться страх. Как будто до этого отступал, чтобы накрыть с новой силой. Зажёг свечу у входа. Никого. Вошёл внутрь, снова прислушался к улице. Совсем никого. Никак не удаётся замедлить дыхание, сделать его тише. Впереди темно, страшно.

В большой комнате полный беспорядок и грязь. Кабинет и лазарет тоже нараспашку. Там не лучше. И опять ни души. Крови не видно. Значит, ушли? Или это они и перебегали дорогу? А кто тогда тут это устроил? Может, специально?

Вышел наружу, собрался было идти, куда те бежали, но в последний момент передумал. Решил подняться на холм. Осмотреться.

Тут как будто и не было этого безумного дня. Как будто вот-вот Агар выйдет из-за спины и широко улыбнётся. На горизонте зарева почти не видно, ослабло. И никого. Нигде. Ну и где же ваши обещанные с первой? Может, податься на соседнюю заставу? Если они тоже не ушли. Или как обычно просто нести дозор? Косточка ничего не сказал по этому поводу. Не успел, видимо. А может и не подумал тогда ещё.

Прошёлся, случайно задел что-то ногой. Взял находку – трубка, курительная. От Сезона, должно быть, осталась. А он там, под холмом лежит. И дверь, наверное, тоже нараспашку. Нет, надо идти отсюда. Неважно куда. Просто двигаться вперёд, бежать, не оставаться на месте.

Начал спешно спускать с холма. Опять поскользнулся, упал, ещё и затылком ударился о землю. Что сегодня за день-то такой?! Принялся растирать ушиб. Идти к третьей? Нет уж. Решат ещё, что одиночник. Нарваться на противника? Умереть ни за что, не иначе. Возвращаться в Крайний? Вообще бессмысленно.

Сполз к подножью, опять осмотрелся. Как тут уязвимо внизу – в любой момент кто-то может подкрасться. Но и холм сегодня не помог дозорным.

Пустился бежать к соседней заставе. Остановился, прислушался. Нет, лучше просто идти, оглядываясь. Как-то страшно приближаться к этим черным деревьям. Высокие, густые, шумные. Ветер хоть и слабый, но всё равно листву колышет. Где тут их дозорный сидел? Подошёл совсем близко, снова прислушался. Похоже, что и отсюда ушли. А лагеря их и не видно вовсе. Тоже, небось, блиндажи. Как же это невыносимо – быть одному! И время тянется бесконечно долго. Вздохнул. Слишком громко получилось. Но всё равно никто не появился.

Так спешил, рвался назад, а теперь бродит тут, как будто это всё специально подстроили.

На горизонте появились силуэты. Да и зарево стало ярче. С первой, наконец-то, соизволили прибыть? Или это не его подкрепление, а их? Ещё одна волна врагов? Стоп. А может, ему записку в штабе оставили? Пока был там – и не догадался осмотреть всё внимательнее. Людей искал, не бумагу.

В это время неизвестные планомерно приближаются к лагерю. Да, совершенно точно свои, не иначе! Один из них верхом, должно быть, самый главный. Впервые видит всадника со стороны. Интересно, он так же статно смотрелся? Едва ли. Солдаты проносятся далеко от леска, где стоит Олдер, не видят его. А он вначале делает шаг, затем ещё – надо срочно доложить, что видел! Куда пошли те, чужие. Но тут же, напротив, со стороны «деревни», выходят ещё люди, нагоняют первых. Парень тоже уже на полпути к ним. Да это же Косточка с остальными! Вот, куда они делись! Значит, точно все живы!

Упал. На этот раз не случайно. Прижался к траве, поднял лишь голову. Схватили командира и этот ещё, на коне, около него ходит. Остальных не подпускают. О чем-то беседуют. Может, это всё же враги, просто переоделись? Всадник что-то кричит, машет в сторону зарева. Приказал своим двигаться дальше. Это прямо очень чётко прозвучало. Снова вернулся к Косточке. Спрашивает сколько их. Тот отвечает. Ещё о чем-то беседуют. Наконец, мужчина на коне удаляется в след за своими. Командира Олдера и остальных оставляют.

Вроде, теперь можно подходить. Народ совсем печальный, им же всё слышно было. На подбежавшего и не смотрят особо.

- Я, - Олдер и не знает, как начать, обратившись к Косточке, - доложил, как вы велели!

- Вижу, - буркнул тот, - молодец.

Из ребят никого не нашёл. Их там, что ли, оставили?

Все под холм заходят, а Агар – наверх уже пошёл. Значит, и ему туда же. Будет, кого расспросить.

***

- М-да, ожидаемо всё вышло, - глаза хмурые, улыбка совсем напряженная.

- Чего тот, верхом, набросился прямо?

- Очевидно же, чего – позиция оставлена, неизвестно, где этих ловить теперь, - мужчина осматривается внимательнее обычного, - а то, что всё равно бы прошли – его не волнует. Мы видели, сколько их…

- Я тоже, - понимающе закивал Олдер, - видел, как они через дорогу перебегали.

- Так ты всё это время здесь сидел? Надо же было сказать, показать. А, теперь пусть сами разбираются! – Агар достал сигарету, заметна дрожь в пальцах, - раз им до нас дела нет, то, чего мы должны надрываться? - закурил, - ещё неизвестно, что командира ждёт…

- А! – вспомнил парень, - так его же… я мигом! – побежал вниз.

В большой комнате все не радостнее Агара. Ходят молча, порядок наводят. Командира не видно. Подсказали, что он в кабинете. Закрыто. Постучал. Постучал ещё громче. Щёлкнул замок.

- Я совсем забыл! – Олдер начал прямо с порога, - там, куда меня посылали – Вас ждут, - последние слова сказаны тихо, начало доходить, что это значит.

В комнате такой же беспорядок, видно, что Косточка ни к чему и не притронулся. Стоит, на свечку смотрит.

- Ты спрашивал, - как будто очнулся, - а я не ответил, - голос спокойный, задумчивый, - потому что сам не знаю. Не знаю, почему они не попросили ещё одни глаза. Мы же тут все сидели, не видели – какой там ливень разыгрался. Может, тогда бы не упустили тех и всё бы так не повернулось. Как будет телега в Крайний ехать – сообщите мне. Иди, нечего там одному Агару стоять…

Олдер молча вышел, дверь позади снова щёлкнула.

Биография четвёртая - полная. Солдат. Глава 7 (1/6)

Pterodactyl — Mon, 24 Oct 2022 15:59:50 GMT

7. Смена

7 глава. 1 часть.

Приехали совсем поздно, вокруг тишина.

- Я быстро, - Олдер первым спрыгнул на землю, поспешил на холм.

Побоялся, что предположение Апа о сокрытии травмы Важного от других окажется правдой и те двое новеньких всё увидят.

- Долго же вы путешествовали, - Агар широко улыбался.

- Тихо? – парень запыхался, но старался выглядеть непринуждённо, осмотрелся.

Мужчина тут был один.

- Тихо. Я, если что, и снизу мог ответить. Ты чего это? Переживаешь, что опоздал?

- Да, - согласился тот, - с дозора ведь не снимали, - заметил, что ребята начали выгружаться без него, - но, наверное, сначала надо командиру отчитаться.

- Наверное, - Агар закивал, начал тихо смеяться, - иди, опоздун. Только вон он стоит, - указал пальцем в сторону родника, сейчас вернуться должен.

Олдер спустился, предложил подождать. Вскоре появился Косточка:

- Справились?

- Так точно! – Бертар резко выпрямился, вернул «справку».

- Зачем же так громко? – забрал лист, как обычно принялся всех рассматривать, - люди спят, отдыхают. А завтра их подарки ждать будут. Ну не праздник ли? Пойдёмте, расскажите.

Они спустились в большую комнату. Расположились за столом.

- Что на что потратили – под список, завтра жду отчёт и сдачу, - мужчина сидел напротив ребят, - с чем проблемы были?

- Ни с чем, - уверено ответил Бертар, немного покосившись на Важного, - справились быстро!

- А потом чем занимались? Ходили куда?

- Пленных видели! – выпалил Ап, - их по улице вели.

- И как? Интересно было?

- Не очень, - он нахмурился, отвёл взгляд, - мне не понравилось.

- А потом просто на берегу сидели, где никого нет, - подытожил Важный, - не хотели на неприятности нарваться.

- Ну, это правильно, - Косточка задумался, зачем-то погладил стол руками, - ладно, так, завтра уже. Тебя обратно в койку, ты – наверх, а вы двое чтобы завтра с рассветом были на построении. А, и продукты спустить в погреб.

***

Олдер пожалел, что так и не вздремнул днём. Хотя, возможность была и не маленькая. Но разговоры с ребятами куда ценнее сна. Может, завтра отоспится.

- Я тоже сегодня мало отдыхал, - Агар зевнул следом за парнем, - некогда было.

- А новенькие? – Олдер принялся разминать шею, чтобы проснуться.

- Проводили мы их, обратно, - поймал удивлённый взгляд, продолжил, - почти всех забрали, кого привезли. Осталось буквально три человека. Но вроде как со дня на день должны приплыть ещё, с островов. Обещали, что выделят не меньше трёх десятков, - заулыбался, - и все как вы – свежие!

- Так пока они там, нас же съесть могут! – Олдер принялся тщательнее просматривать горизонт, не разделяя радости, - и разве таких, как мы пошлют сразу в бой? Если так, то он будет единственным.

- Это да, и уже который день тишина стоит. Значит, вероятность всё больше.

- И командир ничего не сказал? Разве так делается?

- Ну, я разговоров их не слышал, но, видимо, солдаты сейчас нужнее в другом месте.

- А мы ведь и на их жалование покупали всякое, выходит, ограбили?

- Это Косточка разберётся, не вы.

- Может, он их сам отдал? Вы же говорили, что странные они.

- Не настолько же, - мужчина тихо засмеялся, - мы все по-своему странные, но со службой это никак не связано. Я так понял, что сейчас перегруппируют многих. Кто приезжал их забирать, обсуждали ещё несколько позиций, куда должны заехать. Давненько такого не было.

- Наступать пойдём? – непонимание сменилось радостью.

- Мы? Едва ли, - Агар серьёзно покачал головой, но потом снова улыбнулся, - а вот они – скорее всего. Мы на подхвате разве только.

- Неужели совсем скоро…

- Да ты не радуйся так, - опять этот смех, - каждый пять лет одно и то же. Только собрались с силами, только начали двигаться вперёд, как они тут же наваливаются и обратно, на ту же границу.

- Но может в этот раз по-другому будет?

- Может, не зря же молодёжь подключили, впервые.

- Особенно, если большинство такими как Бертар окажется, ух, мы их! – Олдер давно не испытывал подобного прилива сил, - поскорей бы это увидеть…

- Ага, ему увидеть охота. А поучаствовать не охота? – Агар как-то странно крякнул.

- Тогда готовиться надо. Я уже всё позабыл.

- Ууу, - затянул тот, - ты тут всего ничего пробыл! Ну, давай тогда, - принял боевую стойку, - а ну-ка, показывай, вспоминай!

Олдер немного растерялся, тоже присел, шире расставил ноги, поднял руки к груди, сжал кулаки. Но удара не наносил. Просто стоял.

- Как устанешь – скажешь, - Агар заметно расслабился, выпрямился, - врагов тоже выносливостью брать будешь?

- Мне бить, что ли? – удивился парень, - прямо так?

- И так, и эдак! На что фантазии хватит, - мужчина рассмеялся, - только учти, ответка будет такой же. Перед Косточкой обоим стоять придётся.

Олдер замахнулся ногой по боку, но Агар успел схватить её. Потянул на себя, повалил на землю.

- С реакцией совсем беда, - почему-то радовался он, - будем исправлять! – протянул руку, помог подняться, - не сильно головой приложился?

- Не, нормально, - Олдер струсил пыль с затылка, - говорю же, что забыл.

А затылок-то уже заметно волосатый, ещё немного и будто ничего и не было. Интересно, кто у них тут стрижками занимается? А то спереди совсем оброс.

- Давай ещё раз тогда!

Внимание с дозора переключилось на тренировку. Появился азарт. Но хоть как-то «поразить цель» не удавалось. Мужчина каждый раз опережал парня, иногда даже в очевидный момент. Тогда начинали смеяться оба.

- М-да, слабоват для противника, - констатировал факт Агар, улыбаясь, - силёнка вроде и есть, а вот скорости не хватает. В школе тоже таким медлительным был или только тут «забыл»?

- Да как-то не отставал, вроде, - Олдер пытался отдышаться.

- То есть, были и похуже? – мужчина наигранно закатил глаза к небу, осмотрелся, - нам конец.

Тут он замер, устремил глаза в сторону:

- Почти пропустили, дураки, - поспешил вниз холма.

Огибая их позицию, будто зная, что это она, кто-то бежал. Очередной одиночник, не иначе. Он уже был совсем близко к дороге, когда Агар настиг беднягу. Отдалённо Олдер услышал всхлипы и высокий голос, будто моливший о чем-то. Мужчина если и отвечал, то совсем тихо, совершенно не слышно отсюда. Повёл под то самое дерево. Сейчас, почему-то, это место гораздо лучше видно, чем в тот, первый раз. Когда же Агар позовёт с собой чтобы он тоже смог помочь? Не то, чтобы хотелось – просто, когда остаёшься один и приходится действовать – лучше опираться на собственный опыт, а не взгляд со стороны.

- А если пропустить? Или если сильнее окажется? – самое время хотя бы получше расспросить, - а если двое – одному не справиться! А трое?

- Погоди, давай по порядку, - мужчина перевёл дыхание, - Если пропустишь, то это только на твоей совести будет. На третьей с ними вообще не церемонятся. А, - он широко заулыбался, - это же ты ещё ни разу с этой стороны её не пересекал. В общем, это днём они культурно себя ведут, а вот ночью… звереют, - он коротко засмеялся, продолжил, - ну а если понимаешь, что не справляешь, то тут уже как повезёт – отпускаешь, а сам бежишь за подмогой или просто отпускаешь. Главное вовремя понять, что лучше остановиться. Лучше выжить самому, чем позволить умереть из-за этих. Это ведь их право – бежать. Просто не понимают они обычно своей участи или надеются проскочить.

- Так, а куда им вообще бежать? На корабле же не уплыть?

- Ну, тут я тебе точно не подскажу. Может, в порту живут – побираются, а может через прерии кочуют, на ту сторону фронта. Но опасно это и долго. Так что не знаю, не общался с такими.

- А если через Остров Героев перейти? Там же совсем близко выходит.

Агар молча посмотрел на парня, хитро заулыбался, но отвёл печальные глаза.

- Не говори никому, что были там, даже не намекай, - достал сигарету, закурил, - а если повезёт опять в Крайнем оказаться – найдите там храм и помолитесь о спасении.

- Храмы же запрещены…

- Один есть, - перебил мужчина, - как раз для таких, как вы. Нельзя живым на остров тот. Иначе туда же вас и затянет. Небось и Важный с вами плавал? Тогда не удивительно…

- «Глупости какие! Кто же в такое поверит в современном мире?» - хотел было сказать Олдер, но почему-то промолчал.

Больше не нашёл, о чем спросить. Да и Агар каким-то отстранённым стал. Обиженным, что ли? Вроде же им не говорил никто за то, что туда нельзя просто так… а дохоранивают тоже мёртвые? Глупости, не иначе.

В голове стали мелькать всякие мысли: а кто ступил на Остров первым? Не Важный ли часом? Или всё же Бертар? Ап точно последним плыл, а Олдер – третьим, выходит? Значит, если кара и есть, то следующий Бертар, не иначе, а потом уже он… Да ну, быть того не может! Ну и глупости в голову лезут! Глупости! Глупости! Глупости! Или?..

- Нагнал я страху, смотрю, - мужчина расслабленно засмеялся, - а ты поверил, не, свежа ещё кровь! Свежа!

- Так вы пошутили? – парень ожидал облегчения.

- Кто его знает? Сам там не был, а другие много чего рассказать могут.

Как-то не особо полегчало. Ну, курить уже пробовал, значит и в храм заглянуть можно. Не зря же он там, где-то, стоит.

7 глава. 2 часть.

К утру поднялся сильный ветер – всё гнал тучи, такие густые, давящие. Если и ливанёт, то будет потоп, не иначе. Кто-то рассказывал, как тут воду из блиндажей выкачивают. Тяжёлая же работа. И главное спешить надо, пока дерево не успело разбухнуть. А потом ещё выносить всё и сушить. Но, пока дождь и не моросил. И горизонт просматривался до самого зарева. Может, пронесёт?

Сон совсем сморил Олдера, ещё и погода самая подходящая и восхода совсем не видно. Побыстрее бы в кроватку. Нельзя так делать – вторую ночь не спать. Потом приходится отдыхать от рассвета и до заката, нет времени, чтобы пообщаться. А ещё и дни короче стали… но зимой, вроде как ночной дозор делят пополам, а в мороз – и того чаще сменяются. Для Олдера это ещё всё впереди, совсем скоро.

Вот уже построение, Сезон опять задерживается. Какие же все отсюда маленькие! Пятнадцать человек, всего лишь. Плюс ещё они с Агаром, плюс Важный и ещё пара раненных в лазарете. И Рогозина с Орием. И всё. А, ещё же те двое, разведка. Никогда со всеми особо не разговаривают. Будто и не отсюда они, а так, мимо проходили. Забегут под холм, побудут немного, потом наберут провизии и обратно. Вот прямо как сейчас! Совсем не обратили внимания на стоящих. Самые занятые, не иначе. Что же там такого делать можно? Интересно, расскажет ли Важный, если спросить?

- Может, наше направление действительно усилили? – мужчина задумался, прикусив нижнюю губу, - прекрасно же видно, что даже прорыва в двадцать человек мы не осилим. Половина, хоть и стоит перед Косточкой, а раненые. Ещё бы, хотя бы, пару-тройку дней спокойных и силы резко прибавится.

- А там и молодёжь подоспеет, - понимающе закивал Олдер.

- Молодёжь, - Агар достаточно громко засмеялся, - а ты у нас кто? Ох, парень, рассмешил.

***

Пересилив сон, всё же решил зайти к Важному. Заглянув за ширму, Олдер увидел тех самых разведчиков (хоть имена спрашивай!), один сидел около лежащего, другой стоял. Они мигом обернулись, будто затылком видели. Лица приятные, расслабленные. И какие-то по-вражески светлые. Как парень не услышал их разговоров?

- Ладно, пошли мы, - стоявший подошёл, похлопал Важного по плечу.

- Может, завтра ещё заглянем, - сидевший передал блокнот, который до этого держал в руках, встал, - и не сильно расслабляйся! Может, придумаем что-то.

Они вышли, не особо попрощавшись.

- На меня такие надежды возлагали, - Чушь тут же заметно поник, - а я… даже самого простого сделать не могу! – сунул блокнот под подушку, - чего ты хотел?

- Узнать, как дела, - Олдер немного растерялся от тона друга, - да и в целом, может, помощь нужна?

- Судя по движениям – тебе самому скоро помощь понадобится, - окинул парня взглядом, - я тебя до кровати точно не дотащу.

- Да я сейчас уже пойду, - махнул рукой, сел рядом с Важным, - так что?

- Что?

- Как дела?

- Нормально, - лежащий полез рукой под подушку, поправил находившийся там предмет, - интересно только как долго я тут проваляюсь.

- А что говорят?

- А ничего не говорят. Орий сказал, что это только Косточка знает, а он ко мне не заходит. И к нему я, как видишь, тоже не пойду.

- Так давай я схожу! Агар мне как-то сказал, что у него на тебя планы могут быть!

- Ага, возничим. Это я уже понял, - принялся поправлять одеяло, - только ни телеги, ни лошади. Ещё и сиди тут без окон и дверей. Я как узник какой-то!

- Чего эти двое тебе наговорили, что ты такой раздражённый стал? – не выдержал Олдер.

- Я тебе об этом в самом начале сказал! Подвёл я их, очень. И вроде говорят, что всё хорошо, а по глазам вижу, что врут.

- Неужели такой ценный оказался? – усмехнулся парень, - всего-то несколько дней с ними пробыл. Я тебя и то дольше знаю.

- И хочешь сказать, что я не такой? После всего, что мы пережили? – появилась улыбка, Важному заметно полегчало, - да просто план там… не важно уже, забудь.

- Так что, позвать Косточку? – Олдер встал, собрался уходить.

- Я думаю, если ему будет что сказать, то он сам придёт. Знает же где меня найти.

- Может тебя можно хотя бы на улицу вынести?

- Вынести… как будто мешок какой-то, - тяжело вздохнул, - не хочу я туда. Здесь на меня хотя бы не пялятся.

- А я тебя подальше… отнесу, - да, слово и вправду какое-то нехорошее.

- Ага, а потом занесу, - передразнил тот, - иди, спи уже, а то чушь всякую городишь…

Пошёл, так же не попрощавшись.

Биография четвёртая - полная. Солдат. Глава 6 (5/5)

Pterodactyl — Sun, 23 Oct 2022 15:38:37 GMT

6 глава. 12 часть.

Ближе к рассвету на дороге появилось две повозки. Возничие завернули к холму, спешились.

- Что-то давно вы вас не видели, Бать! – Агар был приятно удивлён, - за чем хорошим или в гости?

- Да командир ваш вчера передал, что ему транспорт нужен, - отозвался Валий, - вот, пригнали. Ещё и с новостями! У императора дочь родилась, всем положено отметить, за здоровье. Он там, у себя?

- Или в лазарете. В общем, не выходил.

Мужчины зашли под холм. Вышли вместе с Косточкой, что-то тихо обсуждая. Затем сели вдвоём на одну телегу и двинулись дальше. Командир же пошёл в блиндажи и вывел оттуда Бертара и Апа. Опять все вернулись под холм.

Спустя совсем короткое время появился Ап с парой сумок. Быстро осмотрелся, загрузил их в телегу. Тут же вышел и Бертар – на спине он нёс Важного. Усадил того за вожжи. На ноги накинули одеяло.

Неожиданно из-за спин дозорных возник Косточка:

- Пойдём, - он обратился к парню, - Агар без тебя сам добудет.

На двоих отсутствующих совсем не обратил внимания. Наверное, серьёзное дело.

Ребята уселись в телегу. Тронулись, провожаемые командиром.

- Так, - затянул Олдер совсем ничего не понимая, - и куда мы едем?

Бертар проигнорировал вопрос, Важный сидел спиной к остальным и заметно покачивался, Ап рылся в одной из сумок.

- В Крайний, - наконец подал голос последний, - жалование выдали, а вчера за ужином составляли списки, что кому надо. В общем, по магазинам едем. Твои трухлявые денежки (какие?!) тоже тут. Но Косточка сказал никому ничего не выдавать на руки. Скупимся, а остаток ему вернём.

- Ого! А много? – обрадовался тот.

- Не, - Ап махнул рукой, - нам вообще сказали – ещё не положено. А потом оказалось, что положено. Но только четверть…

Он ещё что-то говорил, но Олдер уже не слушал. Снова ушёл в свои мысли. Как раз проезжали поле бахчевых. А ведь буквально за пару дней до отплытия он с Бертаром совершали налёт на соседский огород. Объелись незрелых ягод и потом обоих тошнило. Зато весело было.

- Может, возьмём один? – он перебил монолог Апа, даже не задумываясь о чём тот уже вещал, - сладкого давно не ели, - мечтательно добавил парень.

- Воровать удумал? – резко ответил Бертар.

- Дома тебя это не останавливало, - удивился Олдер.

- А мы не дома! Нечего проблемы другим искать.

Ну да, он теперь самый правильный у нас. Снова все притихли.

Бертар ни разу не глянул на друга, но заметно оборачивался на Важного время от времени. Тот в свою очередь, судя по наклону головы вниз, вообще спал. Казалось, что их связывает тут только Ап. Он один ни с кем не поссорился и никому не был обязан. А кругом ведь никого. Из старших. Можно остановиться прямо тут и всё, наконец, обсудить. Постойте-ка:

- А почему с нами никто не поехал? А если на командование нарвёмся?

- Это не твоя проблема, - Бертар напряженно смотрел на дорогу.

- Опять какую-то справку дали, как Валию тогда?

- Ага, - коротко ответил тот.

Тут Важный начал заметно наклоняться в сторону, падать. Ребята поспешили к нему, успев схватить в последний момент. Растормошили.

- Ну всё, хватит, - устало произнёс он, поправляя съехавшее одеяло, - оставьте меня в покое.

- Нет, - оборвал Олдер, - и вообще. Ты обещал, что позовёшь нас, когда станет лучше…

- Как видишь, лучше не стало, - Важный повысил голос, - говорю – оставь в покое!

- Не понимаешь? - Бертар немного грубо схватил Рику за плечо и оттолкну, - не хочет он разговаривать.

- Тогда пусть слушает! – Олдер тоже повысил голос, - все слушайте! Я…

Со стороны Реки послышался шум – приближалась огромная стая птиц. Они летели не то, чтобы быстро, но заметно спешили. Двигались черно-серым облаком и совсем скоро уже проносились над ребятами. Парни любовались непривычным зрелищем, слушая разномастный гомон.

- Гнилолеты пернатые! – Фериций явно на него повлиял, - Перелётные? – спросил Ап, когда стая была уже позади.

Важный молча тронулся. Поехали дальше. Скоро им повстречался другой транспорт. В начале проехала пара телег, затем ещё с десяток. Ребят никто не останавливал, ничего не спрашивал. На горизонте показался город.

Олдер встал, спрыгнул с телеги. Чушь заметил, остановился.

- Пешком пойти хочешь? – Бертар тоже встал, - как знаешь. Поехали!

- Да пусть говорит, - Важный махнул рукой, - только можешь сюда подойти ближе? Мне оборачиваться неудобно.

Парень так и сделал. Хотел было начать, но совсем не знал как. Замялся.

- А, тебе помощь нужна, - Бертар спрыгнул, подошёл к тому вплотную и резко дал в живот.

Олдер согнулся, в глазах потемнело, но быстро пришёл в норму.

- Ребят, я один с вами двумя не справлюсь, - начал по-обычному паниковать Ап, - Важный, скажи им!

Но тот молча отвернулся.

- Ну, вспомнил, что хотел сказать? – произнёс Бертар, отходя, - или при них стесняешься?

- Я хочу дружить, - выдавил Олдер, переводя дыхание, - я ошибался.

Новый удар под ребра. Парень повалился в густую, но уже жёлтую траву.

- Сучье вымя, что ты творишь? – Ап почти заверещал, но с места не сдвинулся.

- Зачем? Чтобы опять запрещать мне радоваться? – Бертар сел на корточки рядом, - или говорить как я не прав? Или отправить на первую?

- Это было сгоряча, - Олдер смотрел сейчас прямо в небо, пытался отдышаться, - просто представил….

- Что? Фантазёр, - Бертар поднялся, - что представил?

- Как бы Важный себя вёл, окажись ты на его месте.

Тот обернулся на сидевшего за вожжами. Глубоко вздохнул.

- Я бы не оказался на его месте, - он спокойно покачал головой, - и ты это прекрасно знаешь. Я подумаю над твоим предложением. Поехали, - парень быстро вернулся, дав сильный подзатыльник Апу, - не ругайся, это вредно.

Тот заметно обиделся, но помог Олдеру забраться в телегу, протянув руку. Торс ещё долгое время ныл, хотя внутри стало немного полегче. Не сильно.

Подъехали к городу. Свернули по привычной уже дороге, проехали конюшни. Остановились за домами перед склоном к Реке, но тут сегодня было людно – ремонтировали соседнюю крышу. Пришлось двигаться дальше. Нашли высокий и длинный забор, напротив песчаный пляж. И никого вокруг. Красота! Лошадь с телегой поставили около травы – как велели.

Нужно было купить много чего: портянки, нитки, лезвия, бумагу, чернила и даже сигареты. А ещё мясо, сладости и прочее съестное. Всё это выделялось от государства на каждого, но в мизерных количествах, да и к тому же далеко не всегда, так что приходилось докупать.

Важного оставили одного, а сами отправились на поиски базара. Время близилось к полудню. Светило палящее солнце. Они вышли на большую, шумную площадь, где в центре стоял недостроенный фонтан. По периметру были расставлены небольшие торговые лавки, некоторые дома представляли из себя открытые мастерские. Люди толпились, иногда толкались, выкрикивая разные ругательства куда-то в центр.

- Убийцы, мрази!

- Сами не живете и другим не даёте!

- Твари земные и то лучше вас!

- Из-за вас мой сын не вернулся домой!

- Ублюдки, чтоб ваши семьи сгнили вместе с вами!

Нашли места, где было видно, что происходит. По улице вели двоих мужчин – высоких, широкоплечих, подтянутых, но со связанными за спиной руками, оборванных и израненных. Они ещё были далеко, чтобы рассмотреть внимательнее. Вдруг один из них запел:

- Мы становимся старше, мой друг, - голос глубокий, громкий, протяжный.

Шум толпы усилился. Второй подхватил не менее хорошим баритоном:

- Проживаем мгновенья круг. И вернёмся мы вновь и вновь, чтобы опять испытать ту любовь…

Мужчины, подталкиваемые сопровождавшими их конвоирами, умудрялись идти не спеша, будто наслаждаясь и тем самым вызывали совсем смешанные чувства.

- Пленные, - констатировал факт Ап, - высокие же какие!

- Да, не сравниться с теми, кто на нас выбегал, - Олдер был удивлён, - и ведут себя как-то дерзко.

- Я бы позволил толпе их растерзать, - Бертар задумался, - страшно представить, что они успели натворить тут.

- Может, их не здесь поймали, а просто привели показать.

- Я слышал, если они ловят наших, то просто закапывают заживо, - продолжил тот, - или съедают.

К этому времени мужчины были уже достаточно близко, так что можно было внимательно рассмотреть. Судя по ранам и кровоподтёкам – поймали их далеко не сегодня.

Ап ринулся куда-то вглубь толпы, назад. Олдер и Бертар последовали за ним. Тот нырнул в проулок. Когда ребята завернули туда, то увидели, как он прислонился рукой к стене. Второй держался за живот. Вырвало. Стала заметна мелкая дрожь.

- Ты что, съел что-то не то? – удивился Олдер.

- Вспомнил за ноги Важного, - сплюнув, ответил тот, - ещё и эти. Как же воняло!

- Я ничего не почувствовал, - пожал плечами Бертар, - ну ты и неженка.

- Что-то мне совсем дурно, - Ап зашатался, присел.

- Из родных тех полей и степей, - пение всё ещё доносилось до ребят, - с родников, гор вершин и морей. Выйду я, завершив вновь круг, поклонюсь я тебе, мой друг! И прильну я к любви своей, стану сильней и мудрей. Подожди только ты меня… - слова оборвались, послышались радостные возгласы.

- Один я таскать сумки не собираюсь, - начал возмущаться Бертар, - пойдём, найдём тебе воды и дальше по списку.

Скупиться получилось быстро – всё, что надо продавалось буквально рядом. Видно – не они одни занимаются подобным, и торговля налажена на высшем уровне. Пару раз, конечно, пытались надурить, но к списку прилагались ещё и местные цены, так что хоть в чем-то особых проблем не возникло. Бонусом шло разрешение Косточки самим купить себе что-то поесть, но не увлекаться. Взяли по мясной булочке и большому яблоку. Кроме Апа. Тот обошёлся фруктом.

Вернулись к Важному, но заметили его не сразу. Он умудрился перелезть в телегу и там успешно задремать. Пока грузились – разбудили.

- Держи, обед, - Бертар передал покупку.

- Всё взяли? – парень устало начал разворачивать бумажную упаковку.

- Ага, а ещё пленных видели, - Олдер решил, что подобное может заинтересовать товарища, - они шли по улице и пели! Представляешь?

Но тот не проявил особого внимания.

- Ещё рано, - Бертар щурясь, взглянул на солнце, - может, поедим на берегу?

Они подкатили телегу ближе к воде. Помогли Важному, усадив того на песок. Бертар накрыл одеялом так, чтобы казалось, будто ноги на месте. Чушь снова начал заметно отводить взгляд в сторону. Остальные расположились рядом.

Поели быстро, молча. Начало клонить в сон.

- Я кое-что тут купил, - произнёс Ап, вытягивая из кармана четыре сигареты, - вместо своей булки.

Олдер немного растерялся, взглянул на остальных. Бертар спокойно захватил две, одну передал Важному. Тот тоже как-то быстро её забрал. Свою взял заметно медленнее. Никогда раньше не держал в руках. На островах такого не встретишь – строжайший запрет, полный контроль всего ввозимого. Тонкая бумага, какая-то специальная. А внутри труха, не иначе. Будто с гнилого пня насобирали. Но пахнет приятно. Ребята уже закурили. Олдер поспешил следом. Втягивается с трудом, что-то густое и горячее. Легкие будто сжались, потребовали больше не впускать это в них, вырвался кашель. В глазах поплыло, голова закружилась, мысли задурманились. Удивительно, что именно Ап до такого додумался. Он с Важным тоже сильно закашляли, кажется, даже до слез. Бертар же спокойно сделал одну затяжку, затем другую.

- Фу, ну и гадость, - Ап выкинул недокуренную сигарету в воду, - кхе, кхе.

Свою Олдер ещё держал, но хотел поступить так же. Засмотрелся на Бертара.

- Ребята угощали, из новеньких, - будто отвечая на вопрос, произнёс он, докуривая, - а ты так больше не делай, - обратился к Апу, - по крайней мере, при других. Иначе полезешь доставать.

Важный тоже свою докурил, но снова совсем ничего не сказал.

Олдер хотел было сделать ещё затяжку, но понял, что не осилит. Подумав, передал Бертару. Тот молча взял, сжал губами, улёгся, вытянув вперёд ноги и подставив локти.

От воды уже веяло прохладой, а песок не особо сильно нагрелся под осенним солнцем. Сидеть было приятно. Река сегодня казалась невероятно спокойной, без волн и всплесков рыб. Впереди виднелся Остров Героев.

- Мне сказали, что вернуться мы должны не раньше заката, - Бертар уже давно докурил, встал, осмотрелся, - времени ещё море, - он принялся раздеваться.

- Опять Важного одного оставим? – Ап явно не хотел соваться в воду.

- Нет, - он передал сложенный вдвое лист Олдеру, - это расписка, если что. Я один поплыву.

Он быстро зашёл в реку по пояс, съёжился. Присел, нырнув с головой и только потом поплыл.

Место, где они сейчас сидели, находилось ещё ближе к фронту, а значит, и нарваться на недругов было реальнее. Но когда бы это его остановило?

Олдер развернул бумагу. Пробежался глазами по тексту. Главным в этой поездке назначили Бертара. Знали ли об этом Важный и Ап? Зачем вообще брали Важного – ему ещё лежать и лежать, не иначе. А потом сидеть, если протезов не будет. Хотя, возничий из него ничего так. Может, на постоянной основе ездить будет. Звучит более чем неплохо. Сейчас он снова начал тяжело дышать, активно разминая кожу около бинтов.

- Может, я могу чем-то помочь? – не выдержал Олдер, - правда, не знаю, чем…

- А я – тем более, - Важный полез под перевязки, - как же чешется! Невыносимо просто!

- Может, в госпитале будет мазь какая? – предположил Ап, так же любуясь стараниями друга.

- Да какая мазь тут поможет?

- Так спросить надо.

- Ну, Орий мне ничего такого не говорил.

- А он может и не знать. Давай, я мигом! – парень подскочил, побежал в знакомом направлении.

М-да, пока Олдер предлагал помощь, Ап её активно осуществлял. Лишь бы не нарвался по пути на кого не следует.

- Бертар сейчас за главного, - начал разговор Рика, - ты знал?

Важный молча закивал, немного успокоился, перестал чесаться.

- Может, я тебя чем-то обидел? – продолжил парень, - ты к ним заметно лучше относишься.

- Не думаю, - тот покачал головой, - просто бесишь немного своей приставучестью, но это не связано.

- Значит, так сильно болит?

- Иногда, не часто. Но уже начались фантомные боли. От этого толком не сплю.

- Это что такое?

- Ну, вот ноги нет, а она болит. Как будто лежит под одеялом, а я просто пошевелить не могу. Как будто отсидел сильно. И как ни разминай, а боль эта толком не уходит. Ноет. Иногда сильно. Вот что это такое.

- Ну пройдёт же? Когда всё заживёт – должно.

- Орий сказал, что иногда годы могут пройти, а порою и на всю жизнь остаётся. Не знаю, на сколько меня хватит.

Олдер не нашёлся, что ответить. Судя по звукам, где-то недалеко снова пролетела стая птиц. Ну и мерзкие же у них голоса. Не сравниться с мелодичностью островных пернатых.

- Косточка мне дело дал почитать, моё, - Важный начал ковырять в песке ямку, - а там пометка стоит, что я внук командира. Но не указано, какой позиции. А значит, скорее всего, это третья…

- Отец не говорил? – удивился парень.

- Это по матери, помнишь? Я рассказывал, что она как-то проболталась. Хотя, отец тоже должен знать.

- Сложный ты человек, - Олдер цокнул, - выходит, что и ты тут случайно…

- Я, как раз-таки, - тот принялся с силой перебирать комки массы, - тут специально. Ненавидит он меня, понимаешь? – психанул, махнул рукой. Часть песка полетела на соседа.

- С чего ты взял? – стряхивать не решился.

- Характер слишком бунтарский, вид неопрятный, и вообще чужой я ему! Ему настоящего солдата подавай и такой, чтобы как он был. А я ни под один параметр не подхожу. Деду, наверное, и не говорили, что я родился. Чтобы не позорить семью.

- Ну, с рождения они знать не могли. Ты же единственный ребёнок, - Олдер растерялся, - выходит, что отец отрёкся от продолжения рода?

- Ну, у него брат есть, да и у мамы сестры, - Важный задумался, немного успокоился, - я им без особой надобности.

- Может, ты всё-таки преувеличиваешь? Не могу представить, чтобы отец ненавидел собственного сына.

- Видишь, зуба нету, - он отодвинул пальцем щеку, показывая незаметную до этого пустую лунку, - даже не передний. А теперь представь, как я должен был приложиться об стол, чтобы он отлетел. Или вот ещё, - Важный вывернул руку, сдвинув ткань, показал пальцем в район подмышки, - а, уже не видно. Он обычно аккуратный. Ничего не остаётся. Так что, так бывает, ничего я не преувеличиваю.

- Когда мы только познакомились, ты был таким весёлым, да и до самого ранения тоже…

- А что мне, плакать нужно? Ай, яй, бедный я, несчастный, - он начал гримасничать, - никто меня не любит, пойду я утоплюсь. Тьфу! Просто, когда садился на корабль, то уже знал, что не вернусь домой.

- Почему тогда не ушёл, когда Валий предлагал?

- И куда бы я делся? В чисто поле? Не думаю, что там всё так просто, как он говорил.

- Ап уже идёт, - Олдер увидел того, бегущего вдали, - я действительно не ожидал, что у тебя всё так сложно будет.

- Это просто у тебя всё слишком просто, - Важный немного разозлился, - вон, даже этот бедолага, судя по всему, не знает, кто его отец на самом деле… может сказать?

- Не надо, этот точно плакать начнёт, - парень засмотрелся на приближающегося товарища.

- Вот! – он нёс в вытянутой руке маленькую чашку, - сказали, должно стать полегче, - передал Важному, начал отдыхиваться.

- И что мне с этой пастой делать?

- На ранки, - Ап перевёл дыхание, - и чтобы впиталось.

- Если я сейчас всё размотаю, то потом не замотаю, - Важный понюхал смесь, - вкусно пахнет. Может её съесть можно?

- Давай мы поможем, - спохватился Олдер, полез к бинтам.

- Нет! – тот резко отпрянул, - не трогай. Вечером приедем и Орий всё сделает, - немного подумав, добавил, - незачем вам на такое смотреть.

- Если передумаешь, то скажешь, - парень вновь уселся рядом.

- Там так красиво! – Ап расположился возле Важного, - потолки высоченные, такие… витиеватые! И окна просто огромные. И людей целая куча.

- Раненых? – поинтересовался Олдер.

- Не, таких я вообще не встретил. Почему-то, - он задумался, - но медсестёр очень много! Как будто на экскурсию приехали – так смешно стайками ходили.

- Может, на обучение привезли, - предположил Важный, - а потом и к нам хотя бы одну пришлют… для разнообразия.

- У нас же санитар новый, не заметил?

- Не, ко мне только Орий заходит. Хотя, что-то такое припоминаю, краем уха слышал.

- Странно это, – Ап прищурился, взглянув на сидящего рядом.

- Что именно? – тот прищурился в ответ.

- Тебя как будто прячут…

- От кого? – Важный насторожился.

- А я знаю?

- Не от тебя, это точно.

- Вижу.

- Ну вот и нечего придумывать, - Чушь вновь принялся любоваться Рекой, - а если и так, то обсуждать такое надо не при свидетелях, - он многозначительно посмотрел на Олдера, - уяснил, Ап? – снова обернулся на товарища.

- Так мы же между собой!

- Вот потому и нечего.

Умолкли. Вновь стало как-то спокойно. Интересно, как там Бертар? Что-то долго не видно. С Важным, вроде как, общение пошло, а значит, осталось с этим, наконец, закончить. И пусть будет как раньше.

- Знал бы, что так бездельничать придётся – попросил бы удочек, - с горечью произнёс Олдер, - и вы не догадались.

- Я боюсь отсюда рыбу есть, - Ап надул губы, - вдруг ядовитая попадётся?

- Что-то в прошлый раз тебя это не остановило.

- Да у меня первые седые волосы появились! – он потянул одну из прядей, - вон, сплошная седина!

- То у тебя не от рыбы, - Важный разлёгся на манер Бертара, - а от нас. Не каждый выдержит такую компанию.

Ребята заулыбались. Кажется, обстановка чуть-чуть выровнялась.

Бертар появился совсем незадолго до заката. Парни уже успели начать знатно беспокоиться. Олдер даже хотел было плыть его искать.

Вылез на берег совсем замерший, забрал у Важного одеяло, начал обтираться. На остальных даже не глянул.

- Ну что, нашёл? – первым не выдержал Ап.

- Ага, - коротко ответил он, бросил одеяло, начал нервно прохаживаться туда-сюда, потирая то лоб, то глаза, вдруг остановился, - поехали, нечего тут сидеть.

Сам помог Важному сесть, подобрал форму, запрыгнул в телегу. Начал одеваться, когда уже тронулись.

- Ты хоть от нас привет передал? - Ап вновь нарушил тишину.

- Сегодня она была ещё красивее, чем в тот раз, - парень сел, совсем поникший, - я ей сказал, как меня зовут, а она так обрадовалась, - он нервно заулыбался, - местная, говорит. Своя. Договорились переписываться и я, как буду проездом – обязательно туда. Вот теперь меня ни дождь, ни посторонние, ничто не остановит! Надо в следующий раз что-то придумать и привезти. На подарок.

- Стоп, - Важный остановил повозку, обернулся, - в смысле переписываться?

- Письмами, как же ещё? – Бертар не понял вопроса.

- Абх, - он высоко поднял брови и явно хотел много чего сказать, но никак не получалось решить с чего именно начать, - я один в шоке? – наконец выдал он, глядя на остальных, - или я один материковый устав читал?

- А, - Ап догадался, - ну да, точно.

Тут Олдер тоже припомнил, что что-то там было про распространение информации непроверенным личностям.

- И эту грубейшую ошибку совершил человек, который нас всех этим самым уставом задалбывал на самом ровном месте! – Важный действительно был в шоке, - она же явно не просто так там сидит!

- Да своя она, и сидит там, потому что дома находиться не может! И я проверил! – Бертар встал, немного повысил голос, - как минимум Крайний знает. И даже адрес назвала, где живёт.

- Ага, и ты его успел сбегать проверить, - закивал тот.

- Вот придёт первое письмо, и сам во всем убедишься. Поехали уже, темно совсем стало.

- Да если оно придёт, то тебя командир там же на месте, - не унимался Важный, - ты видел, как почту проверяют? Нет, потому что я один там сидел. Каждый конверт сверяют. И то, что все конверты одинаковые ты тоже не заметил. Потому что их все я видел и Олдер, - он выдохнул, отвернулся, - неудобно мне так сидеть, давит.

А ведь и вправду. Сами письма у всех были написаны на разной бумаге, но вот запечатаны – как на подбор. Тогда это не показалось чем-то странным. Стало как-то не по себе.

- И что мне теперь делать? – Бертар ещё больше обмяк.

- Надеяться, что или письмо не дойдёт, или ещё что случится и командир не узнает, - Важный, наконец, тронулся.

- Или рассказать всё как есть, - предложил Ап.

- Ага, только я начал подавать надежды хорошего солдата, как на тебе – новая причина поехать на первую. Да, Рика? – он улыбался, но глаза говорили, что это не от радости.

- Я же сказал уже, что это было сгоряча! – вновь начал оправдываться Олдер, - я не хочу тебе такой участи!

Бертар ничего не ответил, но был заметно зол.

- Я скажу, - Важный вновь остановил телегу, - скажу, что назвался твоим именем.

- Не смей себя подставлять! – Сани встал, зачем-то повысил голос, - я и так тебе должен непомерно, а тут ещё…

- Меня на первую точно не отправят, - он снова обернулся, но уже через другое плечо, - а к другим наказаниям я равнодушен. И вместо того, чтобы передо мной выслуживаться помирился бы, наконец, с Олдером. Надоели уже! – снова пустил лошадь вперёд, - одному слишком грустно, другому слишком весело, один Ап вон нормальный!.. Пока ещё нормальный.

- Говори что хочешь, но и я всё Косточке доложу, - не унимался тот, - может, мне действительно самое место на первой!

Снова остановились.

- То есть, тебе проще умереть, чем простить друга из-за такой мелочи? – Важный стал совсем серьёзным, обернулся и посмотрел прямо в глаза Бертара, - если ты не заметил, то я тебя давно простил.

- А я себя – нет, - спустя бесконечно долгую паузу ответил тот.

- Вы что, до этого никогда не ссорились? – удивился Ап.

- Не помню, - парень уставился на Олдера, - но от друзей я не привык получать.

- Как и я, - ответил тот.

- Что-то мне опять курить захотелось, - Чушь отвернулся, тронулся.

- Слушай, Важный, - заметно, что Ап не хотел ехать в столь давящей тишине, - вот эти двое общаются с детства, с моим друзьями ты тоже знаком. Да и в целом мы много кого знаем. А вот ты что-то ничего не рассказывал о своих товарищах.

- Ну, была пара ребят, - он глубоко вздохнул, - но во втором классе один пропал, а с другим мы перестали общаться после этого. Так что нечего мне рассказывать.

- А почему новых не нашёл? И в школе ты же не один учился.

- Я не могу их друзьями назвать сейчас. Тогда да, вроде как дружили, но сейчас понимаю, что это что-то другое было. Не такое приятное.

- Как я тебя понимаю, - вставил Бертар.

- Не нарывайся, - осёк того Важный, продолжил, - так что не знаю я, что вы себе там думаете, но вполне искренне считаю всех нас друзьями. Может, не в равной степени…

Его резко обнял Ап, Олдер следом. Четвёртый не приблизился.

- Да ладно, Бертар, - Чушь снова обернулся, выглянув из-за товарищей, - и так ясно из-за чего ты на первую не хочешь, хотя всеми силами стремишься.

- Неужели? – передразнил тот.

- Из-за нас, конечно же! Там ты таких не встретишь!

Биография четвёртая - полная. Солдат. Глава 6 (4/5)

Pterodactyl — Sun, 23 Oct 2022 15:37:49 GMT

6 глава. 9 часть.

Этим днём всё как-то пошло своим чередом: Бертар сдавал экзамен по физической подготовке Косточке вместе с остальными новыми бойцами, Ап отправлен убирать блиндажи, а Олдер снова стирать формы. Но в этот раз их было немного, меньше десятка – большинство успели привести себя в порядок самостоятельно. Всё! Надо взять за привычку не откладывать на утро то, что принято делать с вечера.

Он сейчас сидел у родника и ждал, пока наберётся очередное ведро для полоскания. Удобно было наблюдать, как перед холмом целая толпа то прыгает, то кувыркается, то демонстрирует приёмы самообороны. Ему бы самому их вспомнить – давно ведь не тренировался. А через год тоже будет там стоять. По идее. Если доживёт.

Только что Бертар очень круто перегнулся назад, сделал кувырок, хорошо заехав ногой по условному противнику. Все захлопали, кто-то освистал. Наверное, именно этот приём он случайно показал тогда, в первый бой тут. Дрался, правда, с Важным, но кого это сейчас волнует? Как там он, кстати? Ещё же ведь не вечер, может заглянуть стоит? Наверное, нет.

***

- Чем первая отличается от второй? – Олдер вновь наблюдал зарево на горизонте.

Сегодня он успел выспаться и с новыми силами приступить к уже обычному делу – дозору.

- Много чем, - Агар протяжно зевнул, - что конкретно тебя интересует?

- Почему все так сильно её боятся? Тут ведь выходит не легче.

- Это ты рассуждаешь как солдат второй линии, а ведь есть ещё третья и четвертая, - он широко улыбнулся.

- У меня и про них вопросы будут, но сейчас волнует первая. Неужели там бесконечный бой? Нет таких дней, как сегодня, например?

- Ну там не то, чтобы бой, - мужчина почесал подбородок, осмотрелся, - просто месиво сплошное и ситуация всегда напряженная. Нет позиций, как у нас и толком негде укрыться. Только перебьёшь толпу, как посылают дальше. Только поспал на одной точке, как на следующий раз уже в другом месте приходится. Вечное скитание. Потому все и боятся. Туда если попал, то пока обратно не выйдешь – голова не отключается. Даже спать невозможно. Изматывает это. Особенно последние пару лет. А ещё там не хоронят, - он замолчал, отвернулся. Не спрашивали, а вырвалось.

- Это как? Даже тут ведь закапывают, - удивился парень.

- Приказ таков. Да и долго это. Если помедлишь – тут же набегут.

- А как же костры?

- Костер, он один, - поправил тот, улыбка теперь стала натянутой, - вот в них и сжигают. Иногда.

- Ну, звучит не так плохо, но почему ничего такого не говорили дома? Даже папа, - парень притих, задумался.

- Он у тебя на которой хоть?

- Не знаю, не говорил, но вспоминая рассказы больше всего как раз на вторую похоже. Тоже возле леса.

- Ты когда впервые в отпуск пойдёшь, - Агар устремил свой взгляд куда-то вдаль, посерьёзнел, - бумажку одну подпишешь. И каждый раз, уплывая, будешь все свои воспоминания прятать глубоко внутри, делать вид, что всё хорошо, что всё получается…

- Но зачем эта ложь? Мы сюда как будто на убой пришли, как будто преступники какие-то, как будто на островах такое перенаселение, что людей девать некуда! – он с силой ударил ногой трубу, но тут же наклонился, чтобы придержать звон.

- Ну, парень, - сквозь зубы проговорил мужчина и быстро побежал вниз, сообщить о ложной тревоге. Запыхавшись, вернулся, - нашёл вот это, на чем злобу свою выместить!

- Простите, - без особых эмоций произнёс Олдер, - нам ведь не просто так затылки выбрили, верно?

- Их всем новобранцам выбривают, - Агар быстро осмотрелся, - а ты заметил, что «свечка» пропала?

- А на первой всех бреют наголо, - констатировал факт парень.

- Слушай, я, конечно, не против поговорить, - перебил его старший, - но давай-ка сменим тему. Ты и так больно разговорчивый стал.

- Как одиночников ловить, так уже можно, а за жизнь спросить нельзя? – Олдер никогда так сильно не нарывался, как сейчас. Сменил Бертара?

- Бежать собрался? – Агар выглядел совсем грозным.

- Куда? – растерялся парень.

- Я просто не пойму, к чему все эти расспросы, - мужчина начал злиться, - если себя подставить хочешь, то вперёд! Меня только не вмешивай.

- Подождите, я ничего не пойму, - Олдер всё же, похоже, перегнул палку, - никуда я бежать не собираюсь. Просто хочу разобраться.

- Ну, так разбирайся! – он отвернулся.

- Когда на корабле вывесили списки с распределением – Бертара изначально приписали к третьей группе, - ох, и попадёт же Олдеру, если друг узнает о том, что у него язык сегодня погулять вышел.

Агар обернулся, задумался.

- Наверное, он показал себя преданнее других, - спустя время ответил он, - туда только таких берут. Которые на товарищей свысока смотрят. Но он ведь не такой.

- Да, - выдавил парень.

- Не было раньше третьей, - мужчина достал сигарету, начал её крутить в пальцах, - при мне она только появилась. В самом начале. Как раз из-за этих вот одиночников. Нам ведь не положено их ловить, только я тебе это по очень большому секрету рассказываю.

- Что-то я совсем ничего не пойму. Мы их что, пропускать должны?

- Так это же наши и бегут, - Агар, наконец, закурил. Сделал сильную затяжку, - всё равно, когда первого поймаешь – сам увидишь.

- И мы их – в плен? – голос Олдера стал совсем тихим.

- То уже Косточка решает. Обычно держит, чтобы за своих можно было откупиться перед начальством. Просто при тебе тут такого ещё не происходило, а нам дозорным больше остальных видно.

- Что с ними потом происходит?

- Я не знаю. Обратно, наверное, возвращают. Будто они действительно преступники какие. Совсем наши власти заврались, - он докурил в две затяжки, - разболтал ты меня сегодня. Неправильно это, - достал ещё одну сигарету.

- Но ведь война не на ровном месте началась. Каждый знает, что наше дело правое. Бегут от страха, а не от власти. Наоборот, ищут спасение дома. Могут же и вперёд прорваться.

- А может так и происходит. Нам сюда об этом не докладывают. Но что-то мне подсказывает, что на той стороне долго не протянешь, если вообще прорваться сможешь.

- Я вот как считаю – пусть император где-то и приукрашает правду, но ведь говори он, как есть – мы бы не держались так долго!

- Да, только сил хватает лишь на удержание, - Агар взглянул на парня, заулыбался, - сколько я тут, а позиция наша нисколечко не сдвинулась, - снова закурил, теперь медленнее, - а первая постоянно движется, будто дышит. То они нас, то мы их. Но всё равно дальше горизонта не уходит. Поговаривают, император вот-вот договорится с Диким островом, который сейчас Проклятым зовут, чтобы они к нам на подмогу пришли. Те в лесах выживать умеют, вот и пустят их в тыл врагу. И вмиг наступит победа. Только несговорчивые они совсем, свои интересы отстаивают.

- Ох, дожить бы до этого момента! – Олдер почувствовал, как на душе полегчало, появилась улыбка.

Послышался тихий гул, откуда-то снизу. Будто ветер в трубе гуляет. Да только ночь тихая стоит. По коже пошли мурашки – неужели это Важный?

- Ты говорил, что ещё вопросы есть, - будто не замечая звука, произнёс Агар.

- Что-то ничего в голову не приходит.

- Помнишь, я тебе рассказывал про свою первую ночь без напарника? Радия.

- Не очень, - Олдер присел, не зная от чего.

- Он сильно младше меня был, но не свежая кровь – опытен, - Агар тоже сел рядом, - в общем, на следующее утро, когда я без сил свалился тут же, он, в общем, он не справился. То ли крови много потерял, то ли что. И вроде же ночь прожил, а потом, - он махнул рукой, снова потянулся за сигаретами.

- Для Важного это вторая ночь, - напомнил парень.

- Тогда толку, что ты так сидишь? – мужчина закурил, - утром пойдёшь – навестишь, а сейчас нечего отвлекаться.

- Почему его не отправили с остальными ранеными? – Олдер поднялся.

- Этого я знать не могу. Может, у командира планы на него есть. Пусть драться не может, но задание найдётся. Ты других не застал, а я всяких повидал. Но они обычно тут до первой проверки…

6 глава. 10 часть.

Наступил рассвет. Сезон задерживался, так что утреннее построение парень встретил на холме, кажется, впервые. Если закрыть ладонью Косточку, то можно представить, что Олдер тут самый главный – командует с высоты. Агар тихо засмеялся сзади. А вот и сменщик, с новеньким. Кисть не настоящая, сильно в глаза бросается, да и в целом заметно, что не привык ещё. Зато в дозоре не мешает. Надо бы расспросить кого-то из таких - каково им, как лучше поддержать, чем помочь.

***

Олдер тихо и аккуратно заглянул за ширму, но никого там не обнаружил.

- В операционной он, - пробубнил мужчина, лежащий рядом, - ночью повязки снял зачем-то, швы разошлись. Перешивают.

- Давно? – обеспокоенно спросил тот.

- Ну, точно дольше, чем ты тут стоишь, - «зачем же так грубить?» - должны сегодня кончить.

- Ясно, - парень направился к выходу. Смысла ждать нет.

У Бертара сейчас была какая-то лекция в большой комнате, в которую перерос обычный завтрак. Настолько увлеклись обсуждением тактик ведения боя, что некоторые блюда так и остались стоять недоеденными. А Рогозина старалась, готовила. Эх вы.

Олдер прошёл мимо, наблюдая за другом. Тот был как никогда счастлив, что-то активно пояснял своему соседу. И как будто не было той трагедии, из-за которой сейчас тут сидит. Можно ли такое считать предательством? В школе всё просто, а тут… по-другому. Надо было дать Важному пару раз ему врезать. Может, иначе бы себя вел.

Ап продолжал в одиночку заниматься бытом в блиндажах. Вот у кого всё просто! Ещё вчера Олдер оценил его труды, когда понял, что спальное место уже не так отдаёт сыростью и потом. Хотя, может просто принюхался. Ещё вроде как всех собираются «расселять» - поставить несколько перегородок в основной «спальне» и некоторых отправить в давно пустующие помещения. Раньше тут почти городок был. Да и людей ведь прибавилось, хоть и не особо.

Ещё немного побродив по лагерю, парень всё же отправился спать. Но перед этим тщательно подготовил форму к новому дозору.

***

Снился дождь и дорога. Он то ли шёл, то ли ехал – непонятно. А впереди ничего не видно. И тут вдруг сквозь воду пробиваются языки пламени.

Проснулся, резко набрав в лёгкие воздух, выдохнул. Сквозь храп лежащего недалеко солдата (Агар?) слышно, как где-то капает вода, с улицы доносятся разговоры, приглушенный смех. Олдер не спеша оделся, вышел. Судя по всему, дождь действительно был, но небольшой, луж не наделал. Народ сидит, кто где, общаются. Как будто мир объявили – весело всем, не скучно. И Ап тут, и Бертар. Парень хотел было к ним подойти, но решил всё же начать с Важного.

Тот лежал, прикрыв глаза предплечьем и тяжело дышал. М-да, не самое лучшее зрелище. И ничем не поможешь. Ноги его были перемотаны новым, более толстым слоем марли и уложены на высокую подушку. Задвигался, начал менять позу. Олдер вмиг оказался за ширмой. Не звал ведь. Послышались приглушенные стоны, значит, надо идти отсюда, да подальше. Удовлетворил любопытство, молодец.

Выйдя на улицу, парень чувствовал огромную злость и несправедливость. И это из-за друга детства! Мало было проблем на корабле, так ещё и тут подавай. Остановился, задумался. Дома ведь тоже бывали неприятности. Как он подрался с одноклассником на глазах у директора или когда сбежал из дома… не специально, просто не хотел видеть, как плачет мама по папе. Но ведь надо же ему было прятаться у Олдера! Досталось в итоге обоим. Или как соседскую лодку потопил. Или заставил сестёр реветь, пошутив, что под лестницей крыльца живёт приведение. И всё случайно да не нарочно! Вроде бы и не вредил особо, и учился неплохо, и по любому куча приятных моментов было, но сейчас сплошной негатив всплывает. Может, не выспался просто? Но Важному это не поможет…

- Пойдём, разговор есть, - Олдер отвлёк того от беседы.

Вышли к роднику.

- Так о че…

Бертар не успел договорить. Друг огрел его ногой по больному колену. Парень сел на землю, обхватив конечность.

- Веселишься? – тот был просто в ярости, но говорил очень спокойно, - а я только что от Важного. Он меня не видел, но думаю, хотел бы передать тебе привет.

- Это наше с ним дело, - Бертар тоже озлобился, - и тебя не должно касаться.

В следующее мгновенье он второй ногой повалил Олдера, забрался сверху. Попытался дотянуться до шеи, но не вышло – тот ответил ударом в пах. Повалился в сторону, скривившись от боли.

- Если Косточка спросит снова, - Олдер встал, тяжело дыша, - однозначно отвечу – на первую. И о дружбе забудь!

Возвращаясь к лагерю, парень увидел командира, стоящего около холма и скрестившего руки на груди. Подозвал к себе, прошли в кабинет.

- Ты в следующий раз, - мужчина сильно нахмурился, - хотя бы проверь, не поднялся ли я наверх. Красивая же была сцена, - он цокнул, - одного успокоил, теперь второй проснулся! – последние слова были произнесены уж совсем громко.

Парень виновато опустил голову. Да, не доглядел, не подумал.

- Тут и так проблем дальше горизонта, а вы ещё подкидываете! Только с вами и нянчусь, – Косточка развёл руками, успокоился, сел, - что на этот раз?

- Счастливый слишком, - Олдер отвёл глаза в сторону, - а Важный там…

- Живой, сейчас и этого хватит, - он потянулся к сигаретам, - и Бертар тоже за свой поступок ответит, не переживай. А тебе, раз сил хватает, поручаю прибраться в штабе. И чтобы даже под самым тяжёлым комодом пол блестел! Ступай.

***

Остаток дня парень провёл под холмом. Даже когда все собрались тут же за ужином, он быстро поел и снова вернулся к поручению, вплоть до заката. Но хотя бы Бертар уже не так радовался, как до этого. Видно было, что задумался.

6 глава. 11 часть.

- Сезон рассказал, что ты учудил, - сейчас Агар широко усмехался, - надо же было до такого додуматься! Под чистым небом! Командир ещё пожалел…

- Да я сам не ожидал от себя такого, - Олдер смотрел куда-то под ноги, - обидно просто стало, за Важного.

- Как он там, кстати? Проведывал?

- Заглянул, но он меня не видел. Тяжело ему, - парень отвернулся, принялся крайне внимательно рассматривать дорогу.

- Рано вы, конечно, начали пожинать урожай войны, - мужчина тяжело вздохнул, - и все по-разному её воспринимаете. А дальше будет больше и чаще, если сами не того…

- В школе нам не раз говорили обо всем этом, - Олдер перебил старшего, - давали понять, что потерь не избежать. Чтобы мы ценили то, что ещё цело. Но почему тогда никто не объяснял, как сохранить что разбилось? Это ведь важнее.

- Да может, вы просто не слушали, - Агар легко улыбнулся, - малые совсем были и не уловили сути. Так ведь тоже бывает. Постой, ты сейчас уже не о Важном говоришь?

- Может, я погорячился с Бертаром? – парень принялся ходить из стороны в сторону, - до этого он ведь сильно расстроен был. Даже плакал…

- Как я уже сказал – каждый всё воспринимает по-своему и ведёт себя соответствующе, - мужчина сложил руки за спину и совсем широко заулыбался.

- Я ему сказал, что дружбе конец, - Олдер сильнее загрустил, - а теперь, кажется, начинаю жалеть.

- Ну, вы ведь кровь свежая, образумитесь, помиритесь, - он похлопал парня по плечу, взлохматил волосы другой рукой, - а я вот уже которую ночь смотрю на тебя и думаю, - он глубоко вздохнул, залюбовался, - может, ещё успею жену найти да сына родить? По молодости всё думал, что оно солдату больше в тягость, чем в радость. Это же каждый раз письма жди, переживай, думай – не голодные ли. И матери для этого хватает. Теперь стало интересно – какой отпрыск у меня получиться может?

- Уж точно получше нас, - парень устало заулыбался в ответ.

***

Утром первым делом Олдер опять заглянул к Важному. Тот спал, обхватит подушку на груди руками. Снова не пообщаются.

Вчера парень не успел закончить с уборкой штаба и потому вернулся к ней. Сделать осталось совсем немного – перебрать две навесные полки и, наконец, вымыть пол «даже под самым тяжёлым комодом». Только нет тут ничего такого громоздкого. Шкаф стоит – и тот на ножках. А так называемые комоды совсем не тяжёлые оказались, особенно если их опустошить. Вообще уборка могла проходить куда быстрее, но постоянно находились какие-то интересные вещи или бумаги. Больше всего писем. Олдер находил их буквально везде. В основном они были совсем старые и обращены ко всем солдатам сразу – в школе парень тоже писал подобное, чтобы порадовать фронтовиков. Но лежали и именные, нераспечатанные. Ещё он нашёл несколько курительных трубок – проходивший мимо Ранний пояснил их применение. Интересные, резные. Попадались и совсем личные вещи – то помазок для бритья, то гребень, то платок. Книг было немного, но все художественные или биографические – скучные. Нашёл пару рисунков – портреты красивых девушек… изображены угольком… вспомнил за напарника Сезона, но вот имя… нет, уже забыл. А рисовал и вправду красиво, правдоподобно. Жаль, что от рыбалки не остаётся ничего такого же… вечного. Ещё было достаточно много разных коробочек с сушёными травами. Но лет им было не меньше Олдера. Орий велел выбрасывать, а то потравятся ещё. Сейчас уже никто не вспомнит что от чего там. Самыми увлекательными оказались старые карты. Апу выдали далеко не все, что хранились в штабе. Хотя, некоторые скорее напоминали рисунки дошкольников – настолько были кривыми и примитивными. Но попадались и действительно ценные. Так парень узнал, что «деревня» стояла с сотню домов, приличная по местным меркам, а если пройти поле через дорогу, то там будет кладбище. Это ведь только героев на Остов Героев отправляют. Командующих и особо отличившихся, насколько он знает, возвращают на родину. А вот обычных солдат… слишком много, чтобы каждый раз судна загружать. Для них тут находят места. Интересно, как сильно выросло кладбище с момента создания карты?

Нашёл музыкальную шкатулку. Действительно редкая вещь. Снаружи дерево, а внутри металл. И мелодия такая незамысловатая, такая знакомая. Долгая и в то же время быстрая. Попытался вспомнить, но никак не удаётся подобрать слова. А может, и слов-то в этой песне нет? Позже ещё раз надо будет завести.

С улицы вновь послышались задорные возгласы – Агар вроде говорил, что тут особо не тренируются, но, видимо, для новеньких сделали исключение. Надо ведь понять, на что в бою рассчитывать. Хотя, они же с первой, должны быть готовы лучше местных. Тоже слишком счастливые ходят, что, наконец, «сбежали» оттуда. А ведь, скорее всего, тоже видели, как их товарищи страдают и умирают. Надо как-то найти способ поговорить с Бертаром. Но тот всё время занят, да и к тому же теперь едва ли согласится куда-то отойти. Может, спросить совета у командира? Нет, нечего с глупыми вопросами приставать.

Надо взять у Рогозиной ведро с тряпкой – вышел на улицу. На удивление Олдера Ап внезапно сдружился с Ферицием и теперь рассказывал ему какую-то историю, активно орудуя маленькой пилой. Видимо, Косточка поставил того в помощь за возведением перегородок и сейчас они трудились около одного из блиндажей. Фериций в свою очередь слушал парня очень внимательно, но судя по периодическим движениям, всё же не мог сдержаться от короткого мата. Идиллия, не иначе.

Уборка завершена, свободное место на полках появилось. Можно по новой начать захламлять. Как наказание вообще не ощущалось, причём на столько, что хотелось подойти к командиру и уточнить – а точно ли это было оно?

К вечеру, уже поспав, Олдер вновь, по привычке зашёл посмотреть на Важного. Тот лежал с закрытыми глазами, но явно не спал. Глубоко вдохнул, медленно выдохнул – медитирует, что ли? Ну, хотя бы не так страдает, как до этого. О, может ему записку передать? Вроде, как и не зашёл, но всё же беспокоится. А то вдруг Важный забыл, что обещал кого-то позвать, когда легче станет и сейчас лежит, думает, что о нем все забыли? Вернулся в большую комнату, черкнул пару строк: «Как дела? Когда позовёшь?» и еле-еле уговорил Ория передать. Как будто ему больше заняться нечем. Сам бы подошёл и спросил.

Но ответа не последовало, а солнце уже садилось. Пора в дозор.

***

Сегодня на холме было людно – Косточка прислал ещё двоих ребят изучать местность. Один совсем побитый, весь в синяках да кровоподтёках, а другой всего лишь с парой царапин на лице – Русак и Барѝн. И возрастом не на много старше Олдера, ещё и явно друзья – заметно по поведению. Всё посмеивались да коротко перешёптывались.

Агар хотел было начать лекцию, но тут же осёкся:

- А что это я? – он заулыбался, - прошу, напарник, - указал на Олдера.

Парень в этот момент стоял немного в стороне и заметно растерялся. Вроде, и помнит, что и где, а как-то озвучивать непривычно. Когда тут были его одногодки – это казалось увлекательным, а тут объяснять что-то старшим надо. С чего там его напарник начинал?

- Вот труба, по ней бить надо, если что, - он ногой указал на землю, затем головой кивнул в сторону, - а там – если по нужде…

Мужчина в этот момент радостно покачивал головой, с явным желанием что-то добавить.

- Там «яма», - Олдер старался игнорировать это, быстро показывая пальцем на ориентиры, - слева «печка», а, там же вон и «яр смертников». Была ещё «спичка», но там теперь просто бугор пустой. А там «деревня», а там другая застава и там другая застава.

- А там дорога, - не выдержал, наконец, Агар, - кто же так рассказывает? Ничего запомнить нельзя!

- Да мы поняли, - парень с синяками заулыбался в ответ, толкнул друга, - не всё, правда, но поняли.

- Вот именно, что не всё. А к утру и то забудете. Давай по новой, только теперь нормально.

Пришлось напрягаться, описывать каждое место хотя бы парой слов. На этот раз старший одобрил.

Ребята оказались очень разговорчивые и как-то быстро перестали нравиться Олдеру – было в них что-то… неприятное.

- Хорошо у вас тут, - говорил Русак, потягиваясь, - тишь да покой. Сюда бы ещё пару баб… ух, за мной санитарочка там одна ухаживала. Лицом – ну вылитая жена императора!

- Не за тобой одним, - перебивал его Барин, - она, подходя ко мне, каждый раз так наклонялась… красиво.

- А помнишь, ходила ещё эта, косоглазая, - снова заводил первый, - говорю – мне больно! А она, мол, не притворяйся. Так и хотелось ей так же лицо разукрасить!

- Поэтому тебя оттуда и забрали – перебивал второй, - правда, что вам тут жалование такое же выделяют, как и нам там? Я будто в отпуск приехал, а за него ведь не положена выплата.

- О, отсюда прямо красиво, - показывая пальцем на зарево, громко говорил Русак, - там такого не увидишь, там сразу. Ещё и по рёбрам заедут, как мне неделю назад!

Агар много курил. Пару раз пытался сменить тему, пару раз гаркнул, но те продолжали трепаться обо всем подряд, подталкивая отвечать на совсем неприятные для него вопросы. По сторонам особо и не смотрели.

- Ну, думаю, на сегодня хватит. А то день не спали, ещё и ночь бодрствовать, - мужчина улыбнулся, но совсем не так как обычно, как-то со злостью, - идите спать.

- Разве нам не положено всю ночь тут торчать? – удивился Барин.

- Вам? – Агар заметно поднял брови, - чтобы нас тут развлекать? Или отвлекать? Местность выучили – молодцы. Дальше мы сами.

- А командир ничего не скажет? Мы, конечно, не в курсе как у вас тут всё устроено, но там гоняли знатно. За невыполнение, - Русак заметно занервничал.

- Не переживайте, - мужчина даже немного обрадовался, - пока главный спит – я тут старший.

Парни переглянулись. Было заметно, что не особо доверяют. Понятно, что на первой наказания похлеще дров были, но даже такое мало кого порадует. Всё же согласились. Ушли.

- М-да, так тоже бывает, - мужчина снова закурил, - оттуда обычно молчаливые приходят, внимательные. А эти. Не пойми, откуда вылезли! Хотя, я и днём заметил, что большинство странные. Как будто с третей набрали.

- И что это значит?

- За такими глаз да глаз нужен, особенно до первого боя, - он заулыбался, - а потом всё само на свои места станет. Непонятно только – почему Косточка их мне выбрал? Не на смену же.

- Неужели у вас всегда хорошие напарники были?

- При Косточке – все, - мужчина немного засмеялся, - а вот до него – всякие. Особенно когда выбирать особо не из кого было.

- И как тогда поступать? Не прогоняли же.

- Не, тогда надо или подчиниться чужим правилам, или подчинить своим. И не всегда это удаётся сделать словами. Помню, прислали мне как-то… деда. Ну, он не старый был, лет на десять может меня старше, но почему-то решил, что именно он главней. Прямо тут и подрались, - Агар совсем громко засмеялся, - утром приходим к командиру, прошлому ещё, отчитаться, - он прервался на смех, - у меня рукав оторван, а у него фингал под глазом. Большой такой! Юмора не понял, но зато мы с этим напарником потом ещё долго вместе дозор несли – ох и весело было.

- Разве можно драться со своими, когда враг в любой момент может напасть? – Олдеру стало совсем не по себе, вспоминая прошлое.

- Бывают моменты, - Агар успокоился, широко улыбнулся, - когда ничего не имеет значения. Ни где ты, ни кто ты. И мир сам подстраивается под твои обстоятельства. В ту ночь я не особо был внимателен, зато остальные дозоры стал гораздо увереннее в своём товарище! А это уже половина победы.

Олдер сильно задумался. Мог ли Важный избежать той участи, если бы подрался тогда с Бертаром? Или если бы с ним подрался Олдер? Удивительно, что пощёчины хватило. Обычно это только подогревало друга, и он был готов стоять до победного.

- Ты за этих двоих не переживай, - вдруг подал голос мужчина, парень не сразу понял за кого он говорит, - ты пришёл сюда совсем ничего не зная, а они уже через многое прошли. А учить гораздо легче, чем переучивать. Я командиру доложу, как есть, а там узнаю – если они и вправду самые подходящие из всех, то будем воспитывать как надо. Просто сил на это больше уйдёт, - и снова эта улыбка.

- Но я не хочу с ними драться! - то ли всерьёз, то ли шутя, произнёс Олдер.

- А придётся, мой друг, а придётся, - закачал головой тот.